Закрыв глаза, она провалилась в свой маленький мир. Оливер, заметив, что девушка перестала двигаться, осторожно потрогал её по плечу. «Эли, ты не спишь?» — ласково прошептал он. Реакции не было. Блондин осторожно пересадил девушку на свободное место и посмотрел на неё. Аккуратно потеребив её, Оливер позвал врача.
***
— Это на нервной почве, — объяснял всё врач, мужчина лет пятидесяти. — Если простыми словами, ей трудно было справиться с большим эмоциональным потрясением. Может резкая смена настроения или шок. Я, всё же, склоняюсь ко второму.
Как только мужчина покинул палату, Оливер подошел к девушке. Он сел рядом и взял её руку. «Это я во всём виноват», — убеждал себя блондин. Наклонившись ближе к Элеонор, блондин нежно поцеловал её в лоб. «Я люблю тебя», — прошептал он ей на ушко.
Как только Агата зашла обратно, Олли обернулся. Он привстал, чтобы уступить место старушке, но та жестом сказала сидеть. «Гвинет прилетит через пару часов, у неё билет на ближайший рейс, — начала она. — Кэти так же связалась с твоим отцом. Я думаю, они прибудут одним рейсом. Нам ещё нужно будет решить, что делать с другим водителем, — старушка присела на стул, который стоял напротив. — Ему досталось больше, чем Эли. Хочу я того или нет, но нам не обойтись без её отца. Эли и сама к нему относится не очень хорошо, но, думаю, она согласиться принять его помощь. Может он и не очень хороший человек, но адвокат из него первоклассный. Я надеюсь, он убедит того водителя не писать заявление, а просто принять деньги на лечение, на новую машину и компенсацию. Моральную».
В мыслях у Оливера прокрутилась огромная цифра. «Откуда у вас столько денег?» — едва слышно просил он. Агата, опустив глаза в пол, пожала плечами. «Я думаю, Чарльз не откажет дочери. Да и у меня есть сбережения, которые я откладываю на похороны. Жить надо сейчас, а помереть я всегда успею».
От слов о похоронах блондину стало дурно. Никогда он не навещал своих дедушек и бабушек. Никого по маминой линии Оливер и не знал, а все по отцовской считали Натана безответственным человеком и сами разрывали контакт. Тем не менее, мужчина сумел подарить сыну отличное детство, а сам выбился в люди. Насобирав денег, Нат открыл своё кафе, которое со временем разрослось до масштабов ресторана. Не сразу, но заведение начало приносить прибыль. Благодаря этому мужчина смог расширить дом, купить новую машину себе и сыну и исполнить некоторые свои старые мечты, наподобие коллекции гитар или посещения множества концертов.
***
Забрав сына, Натан быстро ехал из аэропорта домой. Оливер, осматривая родные просторы, перебирал сотни мыслей у себя в голове. Нат, поглядывая на ногу блондина, хотел расспрашивать его обо всём, но понимал, что это было явно лишним, и он сам расскажет всё со временем.
— Я удивлён, — начал мужчина. — Ты сломал ногу, твоя учёба по обмену накрылась медным тазом, но, тем не менее, ты счастлив! Я не смог бы находиться в таком прекрасном расположении духа в твои годы, навались в один день на мою голову столько бед. Да и для тебя это необычно.
— Я не знаю, — Олли пожал плечами и широко улыбнулся, посче чего взглянул на отца. — А ты любил маму?
— Да, безумно, — Натан немного взгрустнул. — Я был примерно твоего же возраста, когда мы встретились. Её семья переехала к нам из другого города, а в школе нам пришлось сесть вместе. Ну, как-то так получилось, что она вскружила мне голову. Я не сразу понял это, а потом чисто случайно поцеловал её и понеслось…
— Случайно поцеловал? — блондин засмеялся. — Переспали вы потом тоже случайно? Шёл, споткнулся, переспал?
— Ну да, — Наст засмеялся. — Мы на Рождество встали под омелой. Вернее, она сама привела меня туда. И, чтобы чтить традиции, мы поцеловались. Через год был выпускной, потом мы поступили в один университет, на третьем курсе она забеременела, нам двоим пришлось бросить учёбу. Потом родился ты, и я не пожалел о своём выборе.
— А мама?
— А что мама?..- беззаботная улыбка пропала с лица мужчины. — Роды были тяжелыми, её врач задолго до твоего появления на свет об этом её предупреждал, и ей пришлось выбирать между твоей жизнью и своей. Она выбрала тебя, а меня даже и не спросила. Я узнал обо всём года через три.
— А кого бы выбрал ты?
— Я бы не смог выбрать, — Натан сделал глубокий вдох и встал на светофоре. Около минуты оба они молчали, после чего мужчина продолжил разговор, сменив тему. — Так в чём причина твоей лучезарности?
— Эли. Мне кажется, что она та самая единственная, как тогда мама для тебя — Оливер мечтательно уставился в окно и вновь расплылся в улыбке.
— Она хорошая девушка, — мужчина пожал плечами. — Если она станет твоей спутницей жизни, то я буду только счастлив. К тому же, ты нравишься Гвинет, а мнение тёщи, как правило, — не последнее в семье.
— Нравлюсь Гвинет? — блондин довольно посмотрел на отца. — Мне почему-то кажется, что вы с ней сблизились, а не мы.
— А ты имеешь что-то против? — Нат поднял одну бровь и улыбнулся.
