- Я же просил потерпеть… - коварно улыбается Клаус, проникая пальцем немного глубже, отчего мне кажется, что мое тело рвут на части.
- Нет, пожалуйста!.. – шиплю я, отчаянно крутясь и вырываясь, но ни его руки, ни стягивающий мои ремень, не позволяют мне вырваться, остановить эту боль.
- Тшш… - выдыхает он мне в губы, наклоняясь и лаская губами их контур. – Доверься мне…
Черт! Да это же самое сложное – довериться ему, стать податливой, послушной, научиться приносить ему удовольствие, получать подобное, даже несмотря на те вещи, которые он мог со мной делать.
Замирая во мне на какое-то мгновенье, Клаус неторопливо ласкает мою шею и грудь, так что через несколько секунд я начинаю расслабляться, забывая о причиненной боли. Постепенно Клаус снова возобновляет движение пальцем внутри меня, отчего боль возвращается, хотя уже несколько притупленная.
- Ну так что, ты не против? – тяжело дыша, шепчет он, извлекая из меня палец.
Я лишь перехватываю желанный воздух, тяжело врывающийся в мои легкие, делая едва заметный кивок головой. Этот жест служит зеленым светом для него. Клаус медленно и постепенно заменяет палец возбужденной плотью, входя в меня осторожно и неторопливо. При этом боль, разрывающая меня, возвращается с полной силой, остротой ощущений, но я тщательно пытаюсь перебороть это чувство. Кажется, первородный жалеет меня, то возобновляя движение, то останавливаясь, давая мне возможность привыкнуть к нему. Постепенно он находит нужный ритм, отчего моя боль расходится, заменяемая каким-то мучительным удовольствием.
Стекла в машине запотевают, и свет ярких звезд освещает салон машины через туманную дымку. В эти самые мгновенье наслаждение окутывает меня, покрывая тело испариной, дрожью пробегаясь через всю меня. Проникновения Клауса становятся все быстрее, явственнее, уже не приносящими боли. С каждым резким толчком я чувствую, что внутри меня все сжимается, каждое ощущение, касание наших тел становится более осязаемым, мощным.
Он перехватывает мой крик отчаянного наслаждения поцелуем, обмякнув, прижимаясь ко мне всем телом. Я тяжело дышу, пытаясь вовсе не задохнуться от чувств, переполняющих меня. Никогда раньше я не испытывала подобных эмоций, граничащих с болью, желанием, удовольствием настолько сильным, что хотелось кричать, не сумев удержать все в себе. Только теперь я чувствую жгучую боль от ремня, стискивающего мои запястья. Ремень врезался в кожу, когда я пыталась предотвратить боль несколько иную.
- Ты супер, солнце… - слышу хриплый голос, чувствуя, как мои руки освобождают от вынужденного плена.
Разве можно отказаться от всего этого? Возможно ли разлюбить эту скорость?
========== Отпусти меня. ==========
Наблюдаю за очередным закатом из окна комфортабельного номера отеля, сжимая в пальцах сигарету, плотный дым которой окутывает пустую комнату, тонкой струйкой вытекая в приоткрытое окно. Да, сейчас я курю. Делаю это почти беспрерывно на протяжении последних трех суток, хотя до этого пробовала всего лишь раз лет так в пятнадцать. Отчасти, теперь это для меня единственное занятие – курить в открытое окно, выводить ладонями по стеклу замысловатые узоры и ждать. Дни сменялись бесплодными ночами ожидания, а утро приносило очередную порцию разочарования от того, что уже кажется, я жду невозможного.
Постепенно глаза увлажняются, и я настойчиво уверяю себя, что это от ярких бликов заката, не в силах больше мучить себя всевозможными доводами, предположениями. Яростно я сжимаю гаснущий окурок в руке, не церемонясь, бросая его под ноги прямо на мягкий белоснежный ковер комнаты. Оказывается, нет чувства мучительней, чем ожидание неизвестного и параллельные попытки что-то предположить, как-то себя успокоить.
Звук поворачиваемого ключа в замочной скважине прозвучал подобно раскату грома. Я вслушиваюсь до звона в ушах, как распахивается входная дверь, затем раздаются тихие шаги, и звучит ровный хриплый голос:
- Как ты, солнце?
Как я? Да я забыла о том, кто есть вообще я в этом мире! Забыла, что я не деталь элитного интерьера этого номера! Я оборачиваюсь к нему, внимательно вглядываясь в глаза, ища ответы на все свои вопросы, копившееся в течение этих нескольких суток, пытаясь поймать хотя бы тень смятения в его взгляде.
- Где ты был?.. – звучит мой срывающийся осипший от слез и обиды голос. – Тебя не было несколько суток… Где ты был, Клаус?!
- Ты слишком напряжена… - произносит первородный, взглядом оценивая внушительную кучу окурков, разбросанных по всему полу, незаконченную бутылку виски. – Тебе следует отдохнуть, и тогда мы обо всем поговорим. Не сейчас, милая.
- Ты… Ты… - я пытаюсь вспомнить все известные мне, подобающие случаю, ругательства, но слов у меня просто не хватает. Вместо этого я хватаю первую попавшуюся под руки вазу, запуская ее в направлении гибрида.
Клаус молниеносно уворачивается, лицемерно присвистнув и надменно улыбнувшись.
- Видимо, было бы лучше, чтобы я вообще не пришел… - томно вздыхает он, в то время, как вся я буквально киплю, искренне жаждая вцепиться ему в глотку.
