— Но им нужно было хорошенько готовиться к этой поездке, — заметил Гуров. — Например, дамочке нужно было создать о себе слух как о наследнице князей Соколовых, получить репутацию настоящей графини… Такие вещи легко не делаются, тут нужны большие усилия.
— Да, они проделали большую работу, чтобы попасть в число почетных гостей праздника, — согласился Иванов. — Идея посетить Высокое возникла у них еще зимой, и с той поры они не участвовали ни в одной афере, вели жизнь настоящих аристократов, старались познакомиться с такими же аристократами. Например, они смогли познакомиться с герцогом Лиможским, а также с графом и графиней Саксен-Кобургскими. Но настоящим венцом их усилий стало сближение с потомками царского рода Романовых — Катериной и Борисом Голицыными. Уж не знаю, чем наши мошенники смогли пленить этих наследников русских аристократов, но те принимали их на своей вилле в Биаррице как равных. В общем, благодаря Романовым «графиня Соколова» и получила рекомендации для Валерия Силантьева, а от него — приглашение на этот праздник в Высоком.
— Значит, прав был мой добровольный помощник Вадим, когда в самый первый вечер заметил, что «графиня» ведет себя не так, как положено аристократам, и разговаривает по-итальянски не как человек, который долго прожил в Италии, — сказал Гуров.
— Да, весь этот лоск у них наносной, поверхностный, — отозвался Иванов. — Лида Жданова только играет роль графини, причем играет не очень хорошо.
— Что ж, капитан, ты проделал большую работу, причем в очень короткое время, — заметил Гуров. — Теперь мы получили материал, с которым можно работать. И прежде всего — можно предметно поговорить с «графиней». Ведь только она может вывести нас на след убийцы, который убил ее партнера, Вацлава Бройницкого. До сих пор она отказывалась отвечать на любые вопросы, но теперь, я думаю, мы сможем заставить ее говорить. Пошли, капитан, проведем первую беседу с нашей аристократкой.
И они отправились в дом Силантьевых, а там спустились в подвал. Здесь на табуретке возле запертой двери комнаты сидел сержант Сергиенко.
— Что, сержант, ты все осмотрел, и теперь осталось только сторожить? — спросил его Гуров.
— Да, товарищ полковник, я все сделал, как вы сказали, — отвечал сержант. — Прежде всего я проверил вентиляцию. Там действительно есть труба, выходящая наружу. Но она слишком узкая, чтобы по ней мог пролезть человек. А других выходов из этой комнаты не имеется.
— Что ж, теперь ты можешь пойти передохнуть, — сказал ему Гуров. — А мы проведем допрос графини. Приходи через два часа, снова займешь свой пост.
Сержант ушел, а сыщик открыл дверь, и они с капитаном вошли в комнату. «Графиня Соколова» лежала на кровати, уставившись в потолок. Увидев двоих оперативников, она едва скосила на них глаза и усмехнулась.
— Что, принесли пыточные орудия? — спросила она. — Будете пытать, подвешивать к потолку?
— Пытать мы вас не собираемся, но разговор будет, — отвечал на это Гуров. — Вы присядьте, гражданка Жданова, так удобней будет.
Услышав фамилию «Жданова», женщина вздрогнула и резко приподнялась на кровати. Она попыталась сделать вид, что не поняла, почему ее так назвали, но это ей плохо удалось. Гуров между тем сел поудобнее, достал блокнот, ручку, приготовившись записывать показания допрашиваемой. Капитан Иванов сделал то же самое.
— Давайте все же начнем с установления вашей личности, — продолжал между тем Гуров. — Покажите ваш паспорт.
Лицо женщины искривилось.
— Документы в сумочке, — резко произнесла она. — Можете сами взять, посмотреть. Да, там другая фамилия, не Соколова. Но это ничего не значит, просто эти данные устарели, там осталась старая фамилия…
Гуров ее не особенно слушал. Он взял со стола лежавшую там дамскую сумочку, открыл ее, достал паспорт с гербом Италии. В документе значилось, что его обладательницу зовут Лидия Сколари, что она замужем за господином Сколари.
— Что ж, давайте побеседуем, Лидия Корнеевна, — сказал Гуров. — Стало быть, вы до сих пор состоите в браке с господином Сколари?
— Нет, не состою! — воскликнула «графиня». — Мы давно расстались, только не успели это оформить. К тому же итальянские законы такие глупые!
Она сообразила, что разговаривать, лежа на кровати и уставившись в потолок, очень неудобно. Поэтому она села на кровати и приняла надменный вид, который, по ее мнению, подходил к ее «аристократическому положению».
— Но вообще-то я не собираюсь отвечать на ваши вопросы, — заявила она. — Я — гражданка Италии и буду разговаривать только в присутствии консула моей страны!
— Что ж, это законное желание, — неожиданно легко согласился Гуров. — Мы сегодня же свяжемся с итальянским посольством и вызовем его представителя. И мы, я думаю, через наш МИД будем просить депортировать вас в Италию. Хотите?
«Графиня» открыла было рот, чтобы сказать «да, хочу», но в последний момент почему-то передумала. Еще раз открыла рот, собираясь что-то сказать, и снова слова не нашлись. И только с третьей попытки она нехотя произнесла:
