– Что вы предполагаете делать? У нас мало времени, нужно действовать немедленно, нужен быстрый результат, Дональд!
– Заминируем с воздуха русские степи, так, чтобы никакие танки не могли по ним ездить, – пояснил Форстер. – Пусть парней из Третьего бронекавалерийского и русских разделяет сплошное минное поле, и тогда ваши бойцы смогут безнаказанно расстреливать противника, не подпуская его близко к себе.
– Что ж, неплохой вариант, – согласился командующий Десятой пехотной дивизией. – Я немедленно отдам приказ. Нам известны направления движения подразделений русских, и мы сможем блокировать их. У меня здесь почти три сотни "Черных Ястребов" под рукой, думаю, этого будет достаточно.
– Действуйте, Мэтью, и да поможет всем нам Господь!
Генерал Камински тоже уповал на волю Всевышнего, искренне веря, что он и все его солдаты, каждый, кто явился на эту землю, вершит правое дело. и все же больше, чем на провидение, командующий Десятой пехотной дивизией полагался на своих бойцов, и сейчас его надежды воплотились в экипажах многоцелевых вертолетов UH-60A "Блэк Хок", во множестве расположившихся на летном поле тбилисского аэропорта, окончательно вытеснив немногочисленные гражданские "борты", застигнутые внезапно начавшейся войной в столице Грузии.
Новый приказ привел в движение весь аэродром, заставив десятки техников – людей было явно меньше, чем винтокрылых машин – метаться между геликоптерами, распихивая в стороны растерянных десантников, прогнанных прочь, но все равно мешавшихся под ногами.
– В сторону, все в сторону, – кричали облаченные в замасленные комбинезоны люди из обслуги, облеплявшие один вертолет за другим, снимая с каждой машины заранее подвешенное вооружение – блоки неуправляемых ракет FFAR или противотанковые снаряды "Хеллфайр" с лазерным наведением. – Живее, парни, поторопитесь! На каждую "вертушку" всего двадцать минут! Ну же, шевелитесь!
– Какого черта происходит? Что вы делаете с нашими вертолетами?!
Бойцы из Сто первой десантной дивизии, окончательно убедившиеся в том, что для них война откладывается, наблюдали, как техники с завидной сноровкой подвешивали на пилоны "Блэк Хоков" массивные контейнеры, внешне мало похожие на оружие. По четыре таких гондолы подвешивались на каждый вертолет – по две под обе плоскости – после чего винтокрылые машины, натужно завывая турбинами, одна за другой отрывались от земли, разворачиваясь на север и исчезая за горизонтом.
Десятки, сотни винтокрылы машин, взмывая с тбилисского аэродрома, направлялись навстречу надвигавшимся с севера русским танкам. Рассекая воздух лезвиями стеклопластиковых лопастей, вертолеты на бреющем мчались над степью нацелив сплющенные носы на вражеские колонны, пока еще скрывавшиеся где-то за горизонтом. Каждый из них нес навстречу врагу по восемьсот кумулятивных противотанковых мин BLU-91/B в подвесных контейнерах системы дистанционного минирования "Эйр Волкано".
С высоты в полмили степь казалась пилотам серым покрывалом, кое-где вздыбливавшимся складками холмов, рассеченной швами едва заметных шоссе и грунтовок, проторенных, наверное, тракторами и грузовиками местных фермеров. Иногда мелькали, стремительно исчезая под крылом, колонны "Хаммеров" и бронемашин Третьего бронекавалерийского полка, продолжавшего наступление вопреки здравому смыслу, но чаще все-таки двигавшимся теперь обратно к границе, чтобы там занять оборону и ждать появления врага.
– Мы на месте, – сообщил командиру эскадрильи, лично севшему за штурвал, его напарник, занявший место справа в пилотском кресле. – По данным разведки, русские менее чем в полусотне миль. Наверное, они нас видят на своих радарах, черт возьми!
– Все равно слишком далеко, чтобы они сумели нам помешать, – беспечно отмахнулся уверенный в собственной безопасности командир, щелкнув переключателем на приборной панели, и приказав на общей частоте, слышимый каждым своим экипажем: – Всем начать сброс!
Вертолеты, расходясь в стороны, снизились до четырех-пяти сотен футов, разворачиваясь на девяносто градусов, пристраиваясь в хвост своим соседям. Несколько касаний приборной доски – и из-под крыльев каждой машины на землю брызнул стальной град, густо усеивавший разогретую майским солнцем степь. Вертолеты, шедшие низко над землей, густо сыпали мины, оставляя позади себя смертельный шлейф, по две параллельные полосы шириной по тридцать метров и длиной – триста. Мины BLU-91/В, едва коснувшись земли, тотчас приходили в боевое положение. Двухкилограммовые болванки, точно семена, падали в степную траву, чтобы прорасти затем смертью для того, кто проедет здесь спустя хотя бы несколько мгновений.