— Я изложу вам сущность дела так, как она мне представляется,— ответил Трог и закурил новую сигарету от тлеющего окурка.— А вы добавьте к этому свои соображения. Вы признались, что к своей бывшей жене не чувствовали симпатии. Вы ночью перелезли через ограду в сад, в этом вы тоже сознались. А затем вдруг эта женщина оказалась убитой; вы рассказываете, как это произошло и что вы на это глядели со стороны. Лук является частью комплекта, принадлежащего Висартам, стрела тоже. Это означает, что вы находились на месте преступления, имели доступ к оружию убийства и имели удобный случай совершить его.
— А как обстоит дело с мотивом? У меня не было оснований убивать ее.
— Возможно — да, возможно — нет. Ревность, старая ссора, может быть, даже вымогательство — все возможно. Правда, это только косвенные улики, но что вы можете противопоставить?
— Только мое слово и лист бумаги.
Хаген вынул из бумажника соглашение, подписанное Висартом. Трог поднес документ к свету фар и внимательно просмотрел его.
— Верно, я мог это подделать. Но ответьте мне на один вопрос, Трог. Видели ли вы когда-нибудь убийцу, который ожидает полицию, если он может удрать, не будучи замеченным?
— Нет,— откровенно признался Трог,— и это единственная причина, по которой вы еще не арестованы, Хаген.
У того появилась искра надежды.
— Я этого не делал, Трог. Я говорю правду.
— Скоро мы это выясним.
Трог сунул документ в карман.
— Я сохраню это, а то вы еще потеряете. Между прочим, вы должны находиться в нашем распоряжении, и не создавайте себе новых неприятностей, Хаген. Вы основной...
Он помолчал, улыбаясь.
— ...свидетель.
— Обещаю быть в вашем распоряжении,— ответил Хаген,— но дела обстоят так, что я не могу обещать, что не попаду в новые неприятности.
— Постарайтесь, по крайней мере,— сказал Трог.— У вас их и так более чем достаточно.
Хаген пошел к выходу, и тотчас в санитарную машину внесли тело на носилках, покрытое простыней. Часть пути в город Хаген ехал за санитарной машиной, затем свернул в сторону к своему дому. Хильда поехала дальше в морг.
Хаген вошел в свою контору, ногой захлопнул дверь и развернул на письменном столе утренние газеты. С неподвижным лицом Хаген просмотрел их.
Как и следовало ожидать, убийство Хильды Висарт заняло первые страницы.
«Жена крупного строителя убита»,— печаталось на первой странице одной газеты.
«Украшение общества убита стрелой»,— гласил заголовок другой.
Хагена особенно беспокоили подзаголовки, в которых было напечатано более или менее одно и то же: «Полиция подозревает бывшего мужа». Дальше следовало подробное описание Хагена, его даже именовали «руководителем известного детективного агентства».
Хаген над этим только посмеялся. Он сам создал свою контору и еще не позаботился о секретарше. В маленьком кабинете стояла только самая необходимая мебель, да и та подержанная.
— При таких обстоятельствах я должен еще радоваться тому, что имею место, куда положить шляпу,— пробормотал Хаген.
И хотя Трог отнесся к нему прилично и не запрятал в тюрьму, Хаген был до сих пор единственным человеком, как-то связанным с убийством. Правда, о нем говорили как о «свидетеле», но это было недалеко от «подозреваемого». Хаген отлично знал, что такого рода «реклама» не принесет для его дела ничего хорошего. В обществе и так уже считали частных детективов сомнительными деятелями, и в основном их успех зависел от безукоризненной репутации.
«Теперь мои дела совсем плохи»,— подумал Хаген. Но он сознавал, что Хильда здесь совсем ни при чем. Она оказалась всего лишь невинной жертвой. С первых страниц газет она смотрела на него с укоризной.
— Хорошо, бэби,— вслух сказал Хаген,— на этот раз не ты виновата.
Он подошел к открытому окну и посмотрел на город.
Кто-то хотел сделать его козлом отпущения. Целую ночь Хаген думал об этом, но не мог прийти ни к какому решению. Он был преподнесен полиции как убийца Хильды на серебряной тарелочке в надежде,- что полиция больше никого не станет искать. Конечно, полиция легко может попасть впросак, но этим не окончится. Хаген сам займется делом, и тогда...
Вдруг что-то твердое ткнуло в его поясницу и голос Хильды произнес:
— Вы хотите получить пулю или предпочитаете выпрыгнуть из окна?
Контора Хагена находилась на шестом этаже.
Он замер от удивления, не зная, что сильнее подействовало на него: то ли револьвер, прижатый к пояснице, то ли голос умершей рядом с ним. Он прореагировал на это автоматически. Быстрым движением, как его учили на секретной службе, он повернулся и локтем ударил по руке, которая держала револьвер. В то же время он правым кулаком ударил женщину в подбородок.
И женщина, и револьвер упали на пол. Хаген сунул револьвер в карман, потом повернулся к своей гостье. Зная силу своего удара, он был уверен, что женщина лишилась сознания.
