Заставив себя в один горестный момент принять такое решение, он больше ни о чем не сожалел. Это произошло в то самое время, когда его собственный брак был разрушен по причине, хорошо ему знакомой, — неверности. Специализация в неудавшихся браках явилась для него своего рода возмездием всему миру в целом. В то же время в каждом случае, с которым он работал, Хаген искал разгадку смысла брака, но до сих пор ответа не нашел.
Хаген сомневался, что и новое его поручение может дать ответ на этот вопрос. Благосостояние, надежность служебного положения, уверенность в будущем — все, казалось, присутствовало в той вилле, на которую смотрел Хаген. Известно, что любовь запереть нельзя, но Хаген был убежден, что любовь — это сильно переоцененный предмет потребления; любовь, во всяком случае, не препятствовала крушению его собственного брака.
Хаген сидел в машине и ждал. Постепенно он начал сомневаться, что сможет чего-либо достигнуть в ближайшие часы. Дом Висартов лежал, сонный, в жаре Санта-Анны, и ничто не указывало на какую-либо жизнь за оградой. Около трех часов вдруг утих горячий ветер и с океана повеяло прохладой. И в это время терпение Хагена было вознаграждено, так как словно по сигналу появилась миссис Висарт.
Со своего места на другой стороне улицы Хаген не мог видеть ее лица. Она сидела за рулем красной машины спиной к нему. Хаген заметил, что она брюнетка и что норковое манто, подобно накидке, лежало на ее плечах. Она подходила под описание, данное ему Висартом. Хаген завел мотор и последовал за красной машиной.
Преследование не составляло для него трудности: он уже привык не терять из вида объект в потоке уличного движения, а красная машина была хорошим ориентиром. Хаген держался немного позади, не желая быть замеченным. Его задачей было не встревожить преследуемую личность.
Часом позже миссис Висарт, казалось, еще не подозревала о преследовании, но, с другой стороны, и Хагену почти нечего было сообщать в рапорте. Миссис Висарт поехала из дома прямо в деловой квартал, поставила на стоянке машину и дальше пошла пешком. Но и теперь было нетрудно следить за ее бросающейся в глаза фигурой в норковом манто. И хотя Хаген не упускал ее из виду, она не сделала ничего греховного, кроме покупок. Ее путь лежал от аптеки к большому магазину, а затем к ателье мод. По пути она часто останавливалась у витрин. Один раз она зашла в телефонную будку и недолго с кем-то поговорила. В ее поведении не было ничего подозрительного. Миссис Висарт, казалось, совсем нечего было скрывать.
Тем не менее Морта Хагена охватило какое-то неопределенное неприятное чувство. По меньшей мере дважды за это время у него создавалось впечатление, что за ним самим следят, что он не преследующий, а преследуемый. Он усмехнулся про себя, однако то и дело оглядывался назад. Как и ожидал, он ничего не заметил и приписал свою нервозность ветру Санта-Анны.
В учреждениях зажглись первые лампочки, когда миссис Висарт вернулась на стоянку к своей машине. Последний магазин, какой она посетила, был спортивный. В его витрине лежал лук и стрелы и нарисованная светящимися красками мишень. Она долго раздумывала, прежде чем войти, а вышла из магазина не держа в руках ничего, как мог разглядеть Хаген с другой стороны улицы.
Пока она усаживалась в машину, Хаген быстро подогнал свою поближе.
Поток уличного движения поглотил и красную машину, и неприметный коричневый «форд» Хагена. На этот раз Хаген следовал прямо за красной машиной, опасаясь потерять ее из виду в наступающих сумерках. Странное неприятное чувство усилилось, и вдруг у него возникла настойчивая потребность увидеть лицо миссис Висарт. Почти три часа он преследовал эту брюнетку в норковом манто, не бросив взгляда на ее лицо. Хагену почему-то казалось оно знакомым. Когда она остановилась у светофора, он устремил взор в ее зеркало заднего вида, но без всякого успеха. Несмотря на сумерки, миссис Висарт не сняла темных очков.
Приближаясь к Кэмден драйв, Хаген стал понемногу отставать. Когда они подъехали к вилле, он следовал за ней на расстоянии одного дома.
Хаген остановил свой «форд» и остаток пути прошел пешком. Он услышал, как закрылись двери гаража. Стоя в тени пальмы, Хаген сделал последнюю запись:
«Миссис В. вернулась домой в 17.45».
Убирая в карман записную книжку, он услышал цоканье каблуков по асфальту и увидел ее высокую фигуру, поднимавшуюся на веранду.
Хаген по привычке отступил в тень и затаил дыхание. Миссис Висарт вступила на освещенное место веранды и повернулась лицом к нему, словно актриса к невидимой публике.
Она сняла темные очки, и наконец стало ясно видно ее лицо. Это красивое лицо Хаген хорошо знал, знал лучше каких-либо других женских лиц. За три года она не изменилась, сменилась только фамилия женщины. Теперь она стала миссис Вэйн Висарт, а прежде была миссис Морт Хаген.
