Вскоре полк участвовал в стычке под Гродно. Петр, как бы между прочим, справился, как вел себя капрал Румянцев. Отозвались о нем похвально. Петр произвел его в сержанты. После следующего сражения опять осведомился. Доложили, что держался хорошо. «Видите, — сказал Петр, — и сержант он исправный». И пожаловал его в прапорщики. По завершении Полтавской победы Петр снова спросил про Румянцева. Воевал благополучно, не ранили. «Значит, и младший офицер исправный, — сказал он, — я думаю, что и в других званиях он исправен будет». Объявил его поручиком и сделал своим адъютантом.
Исправность — вот качество, которое Петр разглядел, проверил и оценил в Румянцеве. С этого времени стал он его посылать со своими поручениями то в Копенгаген, то в Архангельск, то в Финляндию. И наконец, отправляясь в заграничное путешествие, включил его в свою небольшую свиту.
Никто из приближенных не понимал, как он выделил Румянцева из преображенцев, вроде бы не было никакого повода.
Таинственную способность Петра распознавать людей, определять человека отметил еще Пушкин. В своих анекдотах он записал:
«Всем известны слова Петра Великого, когда представляли ему двенадцатилетнего школьника Василия Тредьяковского: Вечный труженик! Какой взгляд! Какая точность в определении! В самом деле, что был Тредьяковский, как не вечный труженик!»
Или другое, слышанное Пушкиным от князя А.Н. Голицына: «Некто, отставной мичман, будучи еще ребенком, представлен был Петру I в числе дворян, присланных на службу. Государь открыл ему лоб, взглянул в лицо и сказал: «Ну, этот плох — однако записать его во флот. До мичманов авось дослужится». Старик любил рассказывать этот анекдот и всегда прибавлял: «Таков был пророк, что в мичманы–то попал я только при отставке!»»
Подобные предсказания доставили Петру многих сподвижников. Находил он их как бы случайно и при этом безошибочно. В Навигацкой школе, в Москве, среди токарей выделил юного Нартова, того, что станет блестящим инженером–механиком. Из нечаянного разговора с Ягужинским прояснились ему возможности этого человека. Некоторые «находки» впоследствии себя не оправдали, но на самом деле Петр не ошибался, это они, эти люди, становились другими, слишком сильно разъедали власть, деньги, придворный разврат.
