— Все об Алане тоскуешь? — спросила Гиллиан. — Пора выкинуть его из головы, давно пора. Мишель. Думаешь, он сейчас сидит и тебя дожидается? Как бы не так! — фыркнула она. — Тебе нужно дать первому попавшемуся парню. Пусть он тебя так трахнет, чтобы мозги из башки вылетели. Ты давно ни с кем не спала. Подруга! Отсюда все твои беды:
— Я из-за Алана работу в банке потеряла: — всхлипнула Мишель. — Хорошее место. Королевский банк.
— Забудь его. Лови кайф, — сказала Гиллиан.
Мишель скорчила злую гримасу, которую на лету попыталась переделать в улыбку. Гиллиан мотнула головой в направлении Круки и Кэлума. Девушки рассмеялись.
— Какого берешь? — спросила Мишель.
— Оба полные козлы, но тот, бровастый, немного получше будет, — сказала Гиллиан, показывая на Круки.
— Да, вроде ничего: — сказала Мишель. — А у дружка его — как его звать, Кэлум? — жопа больно тощая.
Гиллиан обмозговывала сказанное. Мишель права. У Кэлума, и верно, тощая жопа.
— Какая разница, если хер при нем, — рассмеялась она, покраснев от прилива гормонов.
Мишель рассмеялась вместе с ней.
Гиллиан пригляделась повнимательней к Кэлуму. «Очень тощий, но руки и ноги большие. Если учесть все три фактора, — подумала она, — не исключено, что с членом у него полный порядок».
— Пойдет, бери бровастого, а я займусь его приятелем, — предложила она.
— Допустим, — пожала плечами Мишель.
Они пришли на квартиру к Круки и устроились у камина. Гиллиан присела на край кушетки и стала массировать Кэлуму шею. Тот уже почти совсем отошел от кислоты, и прикосновения Гиллиан были ему приятны.
— Ты такой зажатый, — сказала она.
— Я зажатый, — беспомощно подтвердил Кэлум.
«Неудивительно, — подумал он, — после такого славного вечера. Я зажатый», — и тихо хихикнул.
Мишель и Круки лежали рядом на полу и перешептывались.
— Ты, поди, думаешь, что я шлюха какая-нибудь: — нежно шептала Мишель.
— Не-е: — неуверенно возражал Круки.
— Я работала в банке, в центральной конторе, — разъясняла Мишель, словно оправдываясь. — Королевский банк, — добавила она, напирая на слово «Королевский». — Шотландский Королевский банк, понял?
— Ага, это на Маунд, — кивнул Круки.
— Да нет, я про Королевский банк, а ты — просто про шотландский. А я работала в шотландском Королевском банке. Центральная контора. Площадь Св. Андрея.
— Королевский банк: — согласился Круки. — Ага: Королевский банк: — повторил он, глядя в её черные глаза.
Красивая какая: эти глаза, яркие губы. Помада. Даже на отходняке у него рябило в глазах от её помады. Круки понял: ему нравятся женщины, которые знают толк в помаде. Мишель относилась именно к этой категории.
— Пошли с тобой туда, — сказала Мишель, потянув его к двери в соседнюю комнату.
— Ага: верно: в спальню. Ага, в спальню, — сказал Круки, поднимая кустистые брови.
Они встали с пола — Мишель легко и непринужденно, Круки несколько неуверенно — и на цыпочках направились в спальню. Круки, заметив, что Кэлум следит за ними, надул губы и нахмурил брови.
— Вот мы и одни остались, — улыбнулась Гиллиан.
— Ага, точно, — отозвался Кэлум.
Они легли на кушетку. Гиллиан сняла пальто из очень пушистого искусственного меха и укрыла им себя и Кэлума. Кэлуму очень понравилось, как Гиллиан выглядит в коротком красном платье. У нее были красивые руки, и Кэлум понял, что они показались ему страшными под воздействием кислоты.
Гиллиан была восхищена тем, какое твердое у Кэлума тело. Она не могла понять причины: то ли у Кэлума такие сильные мышцы, то ли он такой костлявый, и это её возбуждало. Она начала гладить Кэлума через одежду, потом запустила руку к нему в пах. Кэлум ощутил эрекцию.
— Ох, как хорошо, — шептала Гиллиан низким грудным голосом.
Он в ответ поцеловал её и засунул руку в разрез её платья, но бюстгальтер был такой тугой, что, пытаясь извлечь из него груди, он сделал ей больно. Тогда он оставил в покое бюстгальтер и скользнул рукой по бедру. Он уже было совсем пробрался к Гиллиан между ног, но тут она внезапно вскочила с кушетки — оказалось для того, чтобы раздеться. Кэлум быстро разделся вслед за ней, но при этом у него пропала эрекция. Гиллиан снова легла на кушетку, привлекла его к себе, и Кэлум опять возбудился, но недостаточно сильно.
— Что с тобой? Тебе что-то не нравится? — отрывисто спросила Гиллиан.
— Это из-за кислоты, наверное: или: у меня есть девушка, понимаешь? Элен: Я в смысле, что я так и не знаю, с ней я или нет: ну, у нас что-то не сладилось, и я больше не живу с нею вместе, в этом смысле: но мы еще встречаемся иногда.
— Я за тебя замуж, блин, не собираюсь, понял? Я просто перепихнуться хочу.
— Ага, — он снова пробежал взглядом по её наготе и внезапно почувствовал, что без всяких дополнительных усилий возбудился.
Накрывшись пальто, они занялись любовью. Любовь эта состояла в основном из жесткого трения гениталий, а не из слияния душ, но в это трение было вложено достаточно страсти и энергии, и Гиллиан быстро достигла оргазма. Кэлум кончил вскоре после нее. Он подумал, что смог бы и лучше, если бы не кислота, Бобби и прочее дерьмо:
«Ну ничего, — подумал он радостно, — не так уж плохо для первого раза».
