Вечная мерзлота полностью

Мери. Да! Да! Эти проклятые шнеллеры вечно сбивают ум с прицела, и не одного доброго человека уложили в ящик. Не позволить взводить шнеллеров почти невозможно и всегда бесполезно, потому что самое слабое движение пальца может взвести его. Шельмы эти оружейники, они, кажется, считают, что пистолеты выдуманы только для стрелецких клобов.

Вера. Однако ж не лучше ль запретить взвод шнеллеров, как вы считаете, почтеннейший?

Мери. Я обеими руками — за, ну что, наши пули отлиты?

Вера. Крайне удачно, что сегодня полнолуние, все наши пули безупречны! (Уходят.)

Печорин вылезая из ванны, оскальзывается.

Входит доктор.

Печорин. Доктор, руку!

Доктор вытягивает озябшего Печорина из ванны.

Печорин(стуча зубами от озноба). Доктор, про вас сказали, что вы сумасшедший.

Вернер. Но я не прописывал вам ночных ванн… тем более в смешении с лунным светом сероводород дает крайне отрицательный результат.

Печорин. Будет дуэль, вы уже наняты.

Вернер. Что будет?!

Печорин. А знаете, что горцы страшно боятся этих сернокислых вод. Они называют их мочой дьявола.

Вернер. С кем вы будете драться?

Печорин. С миленькой московской княжной!

Вернер. Бог мой!

Печорин. И, увы, с Верой!

Вернер. Увы, и с Верой?!

Печорин. Не беспокойтесь, Грушницкий тоже будет там.

Вернер. А я и не беспокоюсь. Это все вы подсторили?

Печорин. Наверно. Доктор, вы должны быть моим секундантом.

Вернер. Убийства не допущу. Тем более при дамах…

Печорин. Вас все равно наймут, нужен лекарь, вынуть пулю, то да се.

Вернер. Я ненавижу дуэли!

Печорин. Так вы согласны?

Вернер. Вот вам моя рука.

Дуэль.

Отвесная скала над бездной.

Капитан. Бросайте жребий.

Вернер достает монетку, бросает.

Грушницкий. Решетка!

Печорин. Орел.

Монета упала.

Вы счастливы. Решетка.

Вернер(Печорину). Пора…

Печорин. Ни в коем случае, доктор!

Вернер. О, ну это другое. Только на меня на том свете не жалуйтесь.

Капитан(шепчет Грушницкому). Натура-дура, жизнь-копейка, судьба-индейка!

Печорин встал на самый край пропасти.

Грушницкий, отсчитав шаги, целится.

Грушницкий. Не могу.

Капитан. Трус!

Грушницкий стреляет, Печорин покачнулся, но хромая прошел вперед, не рухнул в бездну.

Капитан. Ну, что брат, Грушницкий, теперь твоя очередь, становись.

Грушницкий идет к краю бездны, Печорин не уступает ему.

Грушницкий. Иди. Теперь моя очередь.

Печорин. Зачем! Ваш пистолет не заряжен.

Грушницкий вцепляется в Печорина и оба опасно качаются над бездной. Печорин изо всех сил оттягивает Грушницкого от опасности упасть в бездну.

Грушницкий. Ненавижу тебя! За то, что ты заставил меня возненавидеть жизнь!

Капитан(ревет и прыгает по камням, как пращур). Это не по правилам! Немедля разойдитесь.

Грушницкий с Печориным дерутся.

Печорин(с разбитым носом). Дует ветер озорной лает пес Буянка едут с горки ледяной голубые санки. Санки сделал старый дед маленькому Ване. Старый дед пришел смотреть, как несутся сани.

Вбегают Мери и Вера.

Капитан. Запрещается (кидает в них камнями.)

Все стреляют, даже капитан. Дым рассеивается, на площадке никого нет.

Мери. Обоих нет? Но я стреляла в Печорина.

Вера. Я тоже.

Мери. Так я убила его?

Вера. Почему это ты?

Капитан меж тем подполз к бездне, взревел.

Капитан. Один!

Мери и Вера. Кто?

Капитан. Грушницкий. Вашего нету. Нигде.

Вернер. Позвольте. (Заглядывает в бездну, с ним заглядывает Мери.)

Мери(Вернеру). Смерть непотребна.

Вернер. Я знаю, княжна!

Капитан. Куда сбежал второй?

Вера. О, да! Я вспомнила! Пока я целилась — черная когтистая птица унесла его.

Капитан. Вы шельмуете, дама! Сбежал второй-то!

Вера. Нет, я не шельмую. Я видела в детстве в книге у папы, в кабинете, это такие доисторические птицы, что даже человека еще не было, а они уже были, и у них были зубы и крылья с когтями и перепонками. В точности такая птица унесла его, я видела.

Мери. Доктор, что непотребнее, смерть или страсть?

Вернер. Это алгебраическая задача, княжна.