Он перенесся к лесу, на опушке которого стоял покосившийся домик. Камень и дерево сочетались между собой, но от старости дом уже разрушался и держался, видимо, с помощью волшебства. Мальчик начал окутывать Тьмой все пространство вокруг дома. Он почувствовал чужую магию, усыпил его носителя, затем — домовика и поглотил защиту. Пройдя к дому и открыв дверь, Гарри сразу попал в каминный зал. В кресле, опустив голову на грудь, спал Люпин. Мальчик наколдовал ещё одно кресло, и перенес хозяина дома вместе с ним так, чтобы тот сидел напротив. Окутав Ремуса нитями магии, которые преобразились в веревки, мальчик разбудил его.
Мужчина стал смешно моргать и дернулся всем телом. Поняв, что связан, он уставился на темную фигуру, окутанную тьмой и… заскулил. Волк понял, кто перед ним и испугался. Гарри только усмехнулся на это — мальчику было приятно ощущать чужой страх. Он будоражил и заставлял чувствовать себя сильным, быть выше другого человека. Поттер внимательно смотрел на метания оборотня и наконец спросил его.
— Почему вы напали на Блэка? — голос он изменил и теперь говорил хрипло и более жестко.
— Я не нападал! — испуганно воскликнул этот… недоволк.
— Не ври мне. Я чувствую твою ложь! — прошипел Поттер.
Он поморщился от вида Люпина. Как же надо себя ненавидеть, чтобы стать таким, как он? Мальчик не понимал его метаний, так же как и причину, почему он отказывается от своей сущности. Но это было не главным сегодня.
— Меня заставили, — быстро и не задумываясь, ответил Ремус.
Гарри ухмыльнулся и спокойно, без давления задал вопрос, ответ на который был весьма предсказуемым:
— Кто заставил?
— Я не могу сказать, на мне непреложный обет.
Поттер ухмыльнулся. Слишком явная ложь, нет никаких магических клятв на этом оборотне.
— Врешь, — спокойно констатировал он.
— Мне приказали! — заскулил Люпин.
Гарри чувствовал его страх и с улыбкой впитывал его.
— Кто приказал?
— Дамблдор.
Ну, мальчик и так догадывался об этом, так что новостью для него это не стало.
— И ты решил, что это хорошая идея, убить бывшего лучшего друга, который только начал жить? — резко спросил Поттер, ведь Сириус принял его в свое время и считал его равным.
— Он виновен в смерти Поттеров! — прорычал Ремус.
— Вы газеты читали? Питер виновен. И он в Азкабане, — спокойно ответил оборотню мальчик.
— Сириус их не защитил! — прошипел Люпин.
— А вы защитили? Хорошо перекладывать ответственность на других, правда? А вы не боялись попасть в Гарри Поттера? — с интересом спросил мальчик.
— Нет. Мальчишка темный, он не заслуживает того, чтобы жить! — резко ответил оборотень.
Гарри удивленно посмотрел на него. Неожиданный ответ.
— А ты? Ты заслуживаешь? — со смешком спросил мальчик.
— Да. Я принял Свет, я отказался от своего волка и никак с ним не связан, — гордо ответил Ремус.
Поттер вздохнул, понимая, что этот диалог практически бесполезен. У мужчины промыты мозги.
— Да ты сумасшедший. Ты понимаешь, что ты заслуживаешь лишь смерти? — спросил мальчик.
— Нет. Я все делал правильно. Свет должен противостоять тьме! — убежденно ответил Люпин.
— Тогда ты понимаешь, что Тьма тебя сейчас убьет, — улыбаясь, ответил Гарри.
— Я рад, что я смог убить этого выродка темной семьи! — с сумасшедшей улыбкой ответил оборотень.
Поттеру не понравилось выражение лица Люпина.
— Он жив. А вот ты долго не проживешь. Начнем, пожалуй, с боли.
Оборотень начал дергаться, но пока не кричал. Мальчик недовольно посмотрел на него.
— Видимо, ты недостаточно хорошо отказался от волка, раз уж у тебя повышен болевой порог. Но это не преграда для меня.
— Тварь! Ты все равно сдохнешь! Дамблдор победит всех вас! — скуля заговорил Люпин.
— Мне будет интересно на это посмотреть. Как он победит первозданную Тьму? Ту, что старше Света? Но не будем углубляться в историю. Добавим болевых ощущений, как ты думаешь? — Гарри усилил напор магии, и Ремус закричал.
Мальчик наслаждался его болью и беспомощностью. Спустя несколько минут он начал терять голос.
— Нравится? Говорят, от этого можно сойти с ума.
— Ненавижу. Чтобы ты сдох! — прохрипел мужчина.
Поттер засмеялся и ответил ему:
— Обязательно. Но я ещё слишком молод для этого.
Мальчик убрал Тьму от себя и показался Люпину.
— Теперь ты видишь, кто твой судья и палач?
— Альбус был прав. Ты темная тварь! — прохрипел оборотень.
— Он не совсем прав. Я все же человек. В отличие от тебя. Так на чем мы остановились? Боль мне наскучила. Может, разрушим несколько костей? Как ты думаешь?
— Ты не Поттер! Они никогда не были темными. Что ты сделал с Гарри? — нервно спросил Ремус.
— Я просто вырос в неблагоприятной обстановке. Смирись с тем, что сын твоих друзей немного… Не в себе. Так, кости.
Мальчик потянулся магией к мужчине и начал ломать кости на руках, так, чтобы слышался хруст. Для Гарри это было как музыка.
— Знаешь, ты первый, кто видит мое истинное лицо. Ты должен этим гордиться. Знаешь, я слышал, что под ногтями у людей много нервных окончаний. И удаление без обезболивающего воистину ужасно. Попробуем?
