Многие даже пытались понять, почему для отличительного знака была использована черепашка. По их мнению, хозяин этого знака являлся очень сдержанным по натуре и стремился к возвышенному. Подобно черепахам его лекарственным пилюлям предначертано просуществовать ещё тысячи лет.
Не так далеко стояла и Хоу Сяомэй, её глаза широко распахнулись, и она смотрела на пилюлю с обожанием. Подбадриваемая Бай Сяочунем, она стала самой ярой почитательницей черепашки в секте. Она даже нашла единомышленников и создала что-то вроде клуба, назвав его «Лига Черепашки».
— Что? Черепашка!
Хоу Сяомэй чуть ли не подпрыгивала вверх от волнения, указывая на подмостки аукциона. Весь первый этаж пришёл в волнение. Вся злость и скептицизм тут же испарились. Вместо этого на лицах участников аукциона появилось философское выражение.
— Определённо он стремится к пределу совершенства!
— Такой гордый избранный, как черепашка, никогда не будет духовно улучшать лекарственную пилюлю только ради продажи на аукционе. Он находится в поиске самой сути Дао медицины. Он сделал это ради исследования, так как неимоверно на нём сосредоточен.
Даже ученики внутренней секты, которые ранее так болезненно отреагировали на пилюлю, сейчас тяжело вздыхали и в растерянности смотрели друг на друга. Все они не могли не признать, что не в состоянии произвести трёхкратное улучшение.
— Теперь я понимаю, к какому типу избранных он относится. Он не безумен и не стремится выделиться. У него возвышенные цели. Он полностью на них сосредоточен! Он хочет, чтобы его лекарственные пилюли достигли предела совершенства!
— Невероятно! Поразительно! Такая преданность делу, такая сила воли, такая идеальная пилюля… нам остаётся только трудиться изо всех сил, чтобы подражать ему!
— Трёхкратное духовное улучшение может поднять качество предмета на три уровня. Значит, эта пилюля изначально была просто среднего качества. Навыки черепашки в перегонке уже намного превосходят мои. Он безусловно заслуживает свою репутацию!
— Эту пилюлю нужно сохранить как сувенир! Я должен заполучить её!
Глаза учеников внутренней секты ярко засияли. Хотя пилюля не подходила им для употребления, но она служила источником вдохновения. Один взгляд на пилюлю заставлял представить избранного, которого не заботят слава и богатства, кто полностью сосредоточен лишь на постижении Дао медицины.
Увидев, как быстро поменялись разговоры среди собравшихся, Бай Сяочунь, ранее негодовавший вместе со всеми, теперь смотрел на зал широко распахнутыми глазами. Когда он услышал, что говорят люди, то покраснел.
«Про что это они?..» — подумал он, задрожав.
Он никогда раньше и не думал, насколько он велик. Теперь, когда неожиданно он осознал это, ему захотелось изо всех сил прокричать, чтобы все вокруг узнали, что он и есть знаменитый Лорд Черепаха! Однако в это мгновение Цянь Сун прочистил горло и улыбнулся.
— Как вы все теперь поняли, у этой пилюли огромное символическое значение. Минимальная цена — пятьсот духовных каменей. Минимальный шаг ставок — пятьдесят духовных камней!
Бай Сяочунь ахнул, когда услышал эту заоблачную цену. Большинству учеников внешней секты такое было не по карману.
— Шестьсот духовных камней!
— Семьсот духовных камней! В этой пилюле заключена суть Дао медицины! Я должен её приобрести!
— Восемьсот! Кто посмеет перебить мою цену?
Ученики внутренней секты начали выкрикивать ставки и скоро всё вокруг загудело. Ставки всё росли и достигли полторы тысячи духовных камней. Горло Бай Сяочуня пересохло, и он тяжело дышал, не веря своим глазам.
— Безумие! — прошептал он одними губами. — Они все сошли с ума… Постойте, давайте-ка сойдём с ума ещё сильнее… Ну же! Присоединяйтесь все!
— Тысяча восемьсот камней.
Ставка пришла от Чжоу Синьци, многие при этом оглянулись на неё. Бай Сяочунь даже начал за неё болеть. Цена уже достигла предела для кошелька ученика внутренней секты. Хотя никто не хотел упускать пилюлю, но поделать они ничего не могли. В конце концов Чжоу Синьци уже была избранной в Дао медицины. Так как она хотела приобрести пилюлю, другие ученики не желали вставать у неё на пути.
Бай Сяочунь уже был очень доволен ценой и с трудом удерживался от того, чтобы не выбежать на сцену, не отобрать молоток у Цянь Суна и не стукнуть, закрывая торги за лот. Однако в это мгновение прозвучал упрямый и решительный голос молодой девушки, жгучей как перец.
— Я Хоу Сяомэй из клана Хоу. Даю три тысячи духовных каменей.
Глаза Бай Сяочуня широко распахнулись, а голову наводнили мысли о трёх тысячах духовных камней… С восхищением он посмотрел на Хоу Сяомэй, внезапно захотев подбежать, обнять её и сказать:
«Какая ты молодец!»
