Похититель жизни находил подходящего носителя, какое-нибудь дикое животное, а потом из-за похитителя жизни у него отрастала вторая голова. Когда вторая голова полностью сформировывалась, то животное иссыхало и умирало, а зрелый похититель жизни превращался в Птичку-девятидневку. На стадии паразитирования он был чрезвычайно ценным ингредиентом различных видов лекарств. Однако после того, как он вызревал и вырывался из второй головы в форме Птички-девятидневки, он становился полностью бесполезным. Птичка-девятидневка жила только девять дней, после этого умирая и давая жизнь новому похитителю жизни. Похититель жизни снова выбирал себе носителя и процесс повторялся. Это походило на цикл реинкарнации… Похитители жизни считались очень редкими, в каком-то смысле они жили вечно, повторяя цикл снова и снова. Бай Сяочунь хорошо помнил, насколько его впечатлил жизненный цикл похитителя жизни, когда он впервые прочёл о нём в четвёртом томе духовных существ.
«Сложность этого задания заключается в том, чтобы найти похитителей жизни. Горы Диких Трав слишком обширны. Слишком утомительно искать похитителей жизни одного за другим. Попытка скопить баллы заслуг таким способом окажется лишь напрасной тратой времени».
Разузнав побольше про горы Диких Трав, он убедился, что, несмотря на их обширность, большинство животных там было ниже уровня Возведения Основания. В конце концов он решил взяться за это задание. Однако он не отправился на него сразу же. Сначала он вернулся в пещеру Бессмертного, чтобы подготовиться. Наконец он забрался на меч Золотого Ворона и отправился в путь.
Горы Диких Трав находились недалеко от секты Духовного Потока. Учитывая его скорость на мече Золотого Ворона, ему понадобился бы всего лишь день, чтобы добраться туда. К сожалению, его основа культивации не позволяла лететь всю дорогу, и ему приходилось чередовать полёт с бегом. Через четыре дня он наконец добрался до места. Живописная картина предстала пред его взглядом: во все стороны простирались горы с обильной растительностью. Они были похожи на бесконечные джунгли, в которых раздавались крики птиц и зверей.
Вместо того, чтобы отправиться на поиски похитителей жизни, он около полумесяца исследовал горы, пока не нашёл долину, соединяющую две основные части джунглей и являющуюся путём между ними. Там он спрятался в ветках высокого дерева и стал оттуда наблюдать за долиной внизу.
«Если просто искать похитителей жизни, рассчитывая на слепую удачу, то это будет напрасной тратой времени. Даже если мне повезёт, то я смогу найти одного. А если не повезёт, то, возможно, вообще не смогу и за месяц никого не найду. Пришло время показать, насколько я умён».
Выставив вперёд подбородок, он помчался вперёд. На следующий день он стоял на вершине горы, пытаясь определить направление ветра. Он уже хотел достать пилюлю афродизиака, как вдруг о чём-то вспомнил и закричал что есть мочи:
— Тут кто-нибудь есть?! Здесь есть ученики из секты Духовного Потока?!
По тону его истошного вопля можно было подумать, что ему нужна помощь.
Вдалеке в джунглях кто-то дрался с диким зверем. Это был холодный и высокомерный юноша в шэньи ученика внутренней секты из секты Духовного Потока. Когда он услышал крик Бай Сяочуня, то в его глазах появилось презрение.
«Ещё один ученик со слабой основой культивации переоценил свои силы и теперь зовёт на помощь. Только сильные должны приходить в горы Диких Трав».
Он высокомерно предпочёл не обращать на крики внимания. Хотя в секте поощрялась командная работа, но некоторые люди от природы не любили компанию, и с этим ничего нельзя было поделать.
Прокричав несколько раз, но не получив ответа, Бай Сяочунь немного успокоился. После этого он подкинул в воздух пилюлю афродизиака. Через мгновение пилюля взорвалась, превратившись в пыль, которую унесло ветром. Вскоре животные в округе, чем бы они ни занимались, почувствовали в воздухе запах пилюли и задрожали. С налившимися кровью глазами, они взвыли, что есть мочи. Когда поднялся вой, за спиной Бай Сяочуня появились крылья, и он быстренько улетел.
Высокомерный ученик в окрестностях действия пилюли вдруг заметил, что зверь, с которым он сражался, задрожал. Его глаза покраснели, и он с воем набросился на ученика. Сильно перепугавшись, юноша предпочёл сбежать. К несчастью, чтобы он не делал, зверь продолжал выть и гнаться за ним. Глаза зверя стали ярко красными, казалось, что он сошёл с ума. Поражённый юноша уносил ноги, спасая свою жизнь. В конце концов ему ничего не оставалось делать, как начать звать на помощь. Но к тому времени Бай Сяочунь был уже слишком далеко, чтобы услышать его… Через шесть часов в ещё одном ветряном месте Бай Сяочунь немного покричал, подождал, и, не получив ответа, развеял ещё одну пилюлю афродизиака. Скоро поднялся звериный вой.
