После этого он запрокинул голову назад и раскатисто рассмеялся. Не только Бай Сяочунь оказался потрясён словами Бай Линя, но и остальные, наблюдающие за происходящим, кто ранее считал, что Бай Линь сейчас будет рвать и метать. Они и подумать не могли, что всё обернётся совершенно противоположно тому, чего они ожидали.
— Что… Что происходит?..
Недавно пострадавшие грандмастеры не верили своим глазам. Это настолько превосходило их воображение, что казалось практически нереальным. Все поражённо смотрели на Бай Линя, который думал о случившемся за пределами великой стены и всё больше приходил в восторг. С его точки зрения, каждая взрывающаяся алхимическая печь являлась смертоносным оружием, которое он мог обрушить на души и дикарей. Более того, их можно было использовать для накапливания боевых баллов заслуг.
За все эти годы секта Звёздного Небесного Дао Противоположностей придумала немало способов, чтобы справляться с врагом. Они пробовали использовать всяческие техники, уничтожающие души, но ни одна из них не могла применяться длительное время. Обычно противник находил способ нейтрализовать любую разрушительную технику, и она переставала быть эффективной. Более того, Бай Линь ожидал, что и новый метод Бай Сяочуня тоже недолго продержится. Однако даже если он позволит временно доминировать над морем мстительных душ, то и это уже замечательно. Более того, недавно стали извлекать души прямо из Подземной реки, а это было крупное событие. Даже дэв Чень пришёл в ярость, когда узнал об этом.
— Бай, мальчик мой, — серьёзно произнёс Бай Линь, — у меня есть только одно требование. Ты должен работать быстрее. Можешь ли ты ускорить перегонку?
Бай Сяочунь немного растерялся. Обращение Бай Линя «мой мальчик» звучало как-то слишком интимно. Ему потребовалось какое-то время, чтобы осознать, что его вовсе не ругают, а наоборот, просят делать как можно больше взрывающихся алхимических печей.
«Не могу поверить, что кто-то хочет, чтобы я нарочно делал взрывающиеся алхимические печи. Наверное, Бай Линь нашёл способ, как получить большую пользу от взрыва…» Не в силах больше сдерживать своё любопытство, он напрямую спросил об этом Бай Линя. Тот не стал ничего скрывать. Он рассказал, что только что случилось за великой стеной, и лицо Бай Сяочуня озарила радость. Гордо вскинув голову, он сказал:
— Что ж, я так и думал, что произойдёт что-то подобное. Неужели вы думали, что мои исследования направлены только на улучшение пилюли Собирающей Души? Очевидно, что я пытался создать нечто более полезное, и вот, у меня получилось. Когда Бай Сяочунь перегоняет лекарства, он всегда думает о том, как это сделать самым эффективным образом. Понимаете, я изначально планировал, что можно будет использовать взрывы алхимических печей. Более того, лекарственные пилюли в печах оказались готовы только на девяносто процентов. Финальный скачок энергии при взрыве позволял лекарству быстро достигнуть готовности, чтобы максимальная лекарственная эффективность у него была именно в момент взрыва.
После этого он взмахнул рукавом и выпятил подбородок. Все вокруг неловко переглянулись. Если бы они не слышали, как Бай Сяочунь судорожно пытался оправдаться до этого, то, возможно, они бы ему и поверили…
Бай Линь прочистил горло, но не стал прерывать хвастливую речь Бай Сяочуня. Очевидно, что он даже одобрял её. Уже одно это само по себе поразило всех ещё больше. Никто из них никогда не видел, чтобы Бай Линь с кем-то так вежливо обходился. Судя по всему, он необычайно высоко ценил Бай Сяочуня. Гордо взмахнув рукавом, Бай Сяочунь сказал:
— Не волнуйся, брат Бай, мне понадобится самое большее три дня, чтобы подготовить новую партию взрывающихся алхимических печей. Никаких проблем.
Бай Линь от души рассмеялся, потом объявил, когда именно придёт за печами, после чего развернулся и ушёл. Прежде чем исчезнуть, он зловеще глянул на грандмастеров вокруг, отчего они пригнули головы и быстро разбежались. Они очень расстроились после всего произошедшего, но ничего поделать не могли. Оставалось только стиснуть зубы и терпеть.
Что касается трёх молодых стражей, то им как следует влетело от генерал-майора за то, что произошло. Позже их друзья рассказали им, что случилось за стеной, повергнув их в благоговейный восторг. Через какое-то время наконец обнаружили и молодого стража, которого унесло в неведомые дали. Он с трудом стоял на ногах, учитывая, что его чуть не разорвало на кусочки. Теперь он испытывал жуткий ужас перед Бай Сяочунем.
Так всё и закончилось. Что касается уцелевших пяти алхимических печей, то, когда позже ночью Бай Сяочунь открыл их, никаких пилюль внутри не оказалось, а вместо них были просто обгоревшие лекарственные останки. Он потратил немного времени, чтобы обдумать неудачу в перегонке, а потом пошёл отдыхать. На следующее утро на рассвете он вышел из дома, сел напротив алхимических печей и глубоко вдохнул, а потом прокричал:
— Все назад! Не говорите, что я не предупреждал вас. Бай Сяочунь начинает перегонку лекарств!
