Его голос, словно гром, прокатился по всему оружейному кварталу. Остальные грандмастеры в гневе поспешили покинуть свои резиденции и скрылись вдали. Что касается четвёрки молодых стражей, то, несмотря на то что они совсем не хотели оставаться, выбора у них не было. Им оставалось только крепиться и вращать основы культивации, оставаясь предельно внимательными. Очевидно, что предупреждение Бай Сяочуня оказалось очень эффективным. Очень довольный собой, он взмахнул рукой и приступил к перегонке. В этот раз он решил начать работу сразу над двадцатью партиями.
«Думаю, я двигаюсь в правильном направлении. Я просто не учёл несколько проблем, которые возникают при взаимодействии ингредиентов. Потребуется несколько пробных попыток, и я решу их. В любом случае, пока алхимические печи продолжат взрываться, генерал будет доволен».
Бай Сяочунь вздохнул, убеждённый, что жизнь в городе Великой Стены на самом деле просто прекрасна. По крайней мере, он мог изготавливать лекарства так, как ему того хотелось, и не бояться, что его за это накажут. Его даже награждали за взрывающиеся алхимические печи, чего раньше никогда не случалось.
Смотря на печи, которые пережили первую перегонку лекарств, Бай Сяочунь постарался принять серьёзный вид. В этот раз он решил положить различные ингредиенты в каждую из алхимических печей, так он быстрее сможет выяснить, какая лекарственная формула наиболее эффективна. Заключив, что это, безусловно, отличная идея, он принялся за работу. Используя невероятную скорость физического тела, он начал вынимать лекарственные растения и складывать их в печи. Иногда он подправлял интенсивность жара земляного огня, чтобы все партии готовились при немного разных условиях.
Конечно, он не забыл, что Бай Линь просил увеличить мощность. Поэтому в некоторые печи он добавил побольше воздушного цветка, но при этом внимательно следя, чтобы не перестараться. В конце концов, он изготавливал пилюли в своей собственной резиденции, и если утратить контроль над процессом, то печи могут взорваться раньше времени и ранить его. С осторожностью и очень внимательно он продолжил перегонку, ходя между двадцатью алхимическими печами и иногда внося различные корректировки, добавляя больше лекарственных растений, пока все двадцать печей не раскалились до ярко-красного цвета и не стали испускать мощный лекарственный запах. Когда он вошёл в состояние полной концентрации на процессе перегонки, то четыре стража в стороне начали дрожать от страха и беспокойства. Затем через несколько часов они заметили, что Бай Сяочунь накрывает все печи крышками и запечатывает их. Тут же головы стражей пошли кругом.
— Плохи дела! Грандмастер Бай снова запечатывает алхимические печи!
— Небеса! В прошлый раз печи взорвались потому, что их запечатали и энергии было некуда деваться. Когда энергии скопилось слишком много, то печи не выдержали и их разнесло…
— Что нам теперь делать?
Четверо обменялись взглядами, потом стиснули зубы и достали защитные магические предметы, одновременно отходя от алхимических печей как можно дальше. Бай Сяочунь не сводил глаз с алхимических печей, и, когда он подправил огонь, из печей начал слышаться грохот. «В этот раз одна из этих печей обязательно взорвётся. Сложно сказать, какая именно это будет, но, пока хотя бы одна взорвётся, этого будет достаточно».
Конечно, его голова была занята пропорциями каждой из двадцати различных партий лекарства. Помимо этого нужно было помнить, какой интенсивности использовался огонь, и другие методы, которые он применял в процессе. Он надеялся, что всё это поможет ему прийти в итоге к идеальной лекарственной формуле.
Вскоре прошло уже шестнадцать часов. Все двадцать алхимических печей были ярко-красными, испускали ужасающие колебания и мощный жар. Четыре стража заметно дрожали, у них волосы стояли дыбом.
— Прошлый раз это заняло всего восемь часов. Но сейчас… Сейчас…
— Уже прошло шестнадцать часов!
Внезапно четыре алхимических печи начали трескаться, казалось, что они вот-вот разлетятся на кусочки. Глаза Бай Сяочуня округлились, и он закричал:
— Сейчас рванёт!
Одновременно он отступил и произвёл жест заклятия двумя руками, затем бросил кучу бумажных талисманов перед собой, даже использовал несколько магических предметов, чтобы создать защитные поля. Четыре стража сильно помрачнели, и, пока они думали, что предпринять, трещинами пошло ещё семь алхимических печей. Даже земля под этими печами начала проваливаться и искажаться, очевидно, что печи оказались на грани взрыва.
— Одиннадцать!
— В прошлый раз взорвались только две, а мы чуть не простились с жизнью. В этот раз взорвутся одиннадцать!
Ни секунды не медля, все бросились бежать со двора. Что касается Бай Сяочуня, то он был настолько поражён, что у него чуть не выскочили глаза из орбит.
— В этот раз одиннадцать?
Он уже чувствовал себя очень некомфортно и вовсю отступал, но тут ещё две печи начали издавать треск. Ещё две печи были готовы взорваться.
— Тринадцать? — поражённо охнул Бай Сяочунь.
