Вечная жизнь полностью

— И меня? Меня можно клонировать? — воскликнула Роми.

Я был в восторге — всего за час моя дочь начала отлично понимать английский в израильском исполнении!

— Не как в «Звездных войнах». Скажем так: можно сделать новую, генетически идентичную Роми. Я беру клетку твоей кожи, беру твою ДНК и помещаю ее в энуклеированную яйцеклетку женщины, даю ей несколько дней, чтобы подросла, потом ввожу матери-носительнице: девять месяцев спустя ты клонирована. Мы получим ребенка, точную твою копию.

Лицо у Роми стало испуганное, и я решил вмешаться — никто не смеет травмировать мою дочь!

— Никто тебя не клонирует, дорогая, мне хватает хлопот с одной Роми. Вот ведь как странно получается, доктор, пятнадцать лет назад мир был одержим идеей клонирования человека, а сегодня об этом почти не говорят. Вышло из моды?

— Мода ни при чем. Клонирование человека запрещено по этическим соображениям. Но я уверен: кто-нибудь где-нибудь — скорее всего, в Китае — близок к решению задачи.

— Неужели?!

— Повторяю, я уверен. Они уже клонировали свиней, собак, лошадей… В 2013-м американский биолог профессор Шухрат Миталипов[186] создал в Портленде первый в США генно-модифицированный эмбриональный клон человека.

— Это прошло совершенно незамеченным!

— Открытие Яманаки сделало этот путь устаревшим… на время.

— Вы у себя в лаборатории работаете с клонированными или с перепрограммированными мышами?

— С теми и другими. В 2009 году родилась мышка, полностью состоящая из перепрограммированных клеток. Она была жива, функциональна и способна к воспроизводству. В 2011-м мы сделали гортань, в 2012-м воссоздали щитовидную железу. 18 месяцев назад с помощью IPS-клетки мы воссоздали печень мыши. Завораживающий опыт! Проблемы с IPS-клетками в том, что только 30 процентов способны сотворить «целую» мышь. Бóльшая часть дает отсталые эмбрионы или эмбрионы, которые погибнут во время беременности. Вывод: качество IPS-клеток оставляет желать лучшего. Если же взять настоящие эмбриональные клетки бластоцисты, почти все при клонировании генерируют мышь целиком.

— Не понимаю. Я говорю о продолжении жизни, а вы поете хвалу клонированию?

— Нет. Я пытаюсь объяснить, что мы пока не нащупали наилучших условий для регенерации наших клеток. Концепция есть — нет надежного способа. Цель и клонирования, и перепрограммирования — вернуться к отправной точке. Это называют reset[187].

— Я хочу пройти эту процедуру, доктор! Пришло время перезагрузки! Моя новая версия — «Я 2.0»!

На этом месте профессор Буганим окончательно причислил меня к сообществу дураков. Роми играла на телефоне в Brick Breaker, что меня несколько успокоило: разрушить стену из красных кирпичей, противно блямкавших на экране, ей было важнее, чем узнать что-нибудь еще о перезапуске наших существований.

— Если я правильно понимаю, профессор, ни клонирование, ни перепрограммирование человека не принесут нам бессмертия?

— Нет. Клон будет вашей точной копией, но в него потребуется вдохнуть жизнь: девять месяцев беременности, роды, воспитание, кормежка — все с нуля. Клон никогда не станет вами. Кстати, мы больше не используем этот термин, слишком уж много скандалов с ним связано. Предпочитаем говорить «перенос ядра соматической (взрослой) клетки» — значение то же… Овечка Долли родилась в 2004 году, теперь мы занимаемся другими вещами, пытаемся вырастить как можно больше омоложенных клеток хорошего качества в надежде, что их удастся реимплантировать здоровыми.

— Получается, если вы пересадите мне IPS-клетки, я заработаю опухоль? Нет уж, спасибо!

— (Смеется.) Предположим, у вас болезнь Паркинсона, вы весь трясетесь, я ввожу вам генетически модифицированные нейроны, и они ослабляют симптоматику. Вы будете рады-радешеньки, даже если через десять лет там или сям вырастет опухоль. Мы открыли четыре гена (Sall4, Nanog, Esrr6 и Lin28), способные создавать IPS-клетки лучшего качества. Сейчас они проходят испытания на мышах, и пока все идет хорошо.

— За это вы и получили премию журнала Science.

— Совершенно верно. Мы испытывали не те факторы, с которыми работает Яманака.

— Почему процесс занимает три недели, если яйцеклетка созревает за три дня?

— Перепрограммирование — процесс более долгий, чем программирование! Кроме того, в этот период возможны мутации ДНК, хромосомные аберрации[188], так что операция требует строгого контроля.

— Достижение бессмертия — процесс долгий и трудный.

— Я не ищу бессмертия. Я беру клетку из дермы пациента с болезнями Паркинсона или Альцгеймера и перепрограммирую ее в нейронную IPS-клетку, чтобы изучить нейроны, пораженные этими недугами. Изучая генетически омоложенные нейроны, я, возможно, научусь лечить эти тяжелые и — увы — широко распространенные заболевания. Я надеюсь отыскать новые молекулы, которые станут «лекарствами». У меня есть еще одна мечта — регенеративная медицина. Можно попробовать починить нейрон и реимплантировать его в мозг больного.