Вечная жизнь полностью

— Двойное слепое — единственный метод научной верификации, — продолжил Черч. — Многие существующие на рынке терапии — чистой воды жульничество. Все, что не подтверждено DBPCRCT, — шарлатанство. Предложений по обращению старения вспять много, поскольку, грубо говоря, этот рынок интересует… все человечество. Мы здесь ищем гены, замедляющие старение. У каждого из наших суперстолетних свой геном, но что, если мы найдем общий ген? Получится создать геном долголетия… может быть… или нет? Сейчас мы тестируем очищенную и / или синтетическую кровь на мышах. Следующий этап — на собаках, и только после этого перейдем к лечению людей. Мы ищем правильную комбинацию. Цель всех наших опытов — пройти двойное слепое рандомизированное плацебоконтролируемое испытание.

— Где вы берете идеи? Что помогает — случай, наука, интуитивное озарение?

— Идеи приходят отовсюду — из книг, снов, грез… Иногда мы берем ген наугад. Главное — плацебоконтролируемое испытание, которое само по себе может доказать инверсию старения. Если какой-то ген позволяет прожить подольше, это не значит, что он способен повернуть время вспять, делая нас моложе.

— Почему вы так одержимы возрастной инверсией? Почему отмена возраста, а не продление жизни?

— Потому что большинство потребителей уже родились!

Леонора расхохоталась, и я испугался, что она разбудит Лу, но малышка безмятежно похрапывала. Вся в меня.

— Этические нормы модификации зародышевой линии очень строги. Легче заниматься «большой наукой», проводить исследования и получать одобрение на омоложение от Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA), чем договариваться с Министерством здравоохранения и социальных служб США о продлении срока жизни человечества. Квест прост: если я думаю / утверждаю, что нашел пилюлю, которая продлевает жизнь на пятнадцать лет, мне нужно сделать пятнадцать шагов, каждый длиной в год, чтобы проверить препарат и методику опытным путем. На то, чтобы добыть доказательства, что я продлил вашу жизнь на пятнадцать лет… потребуется не менее пятнадцати лет! Но если я найду / изобрету таблетку, которая омолаживает вас на пятнадцать лет — теоретически, — я немедленно увижу эффект.

— Именно это вы осуществили на мышах здесь, в Гарварде, в конце 2016 года?

— Да. Мы взяли наших «возрастных» мышей и вводили, растянув по времени (два раза в неделю), факторы Яманаки, разбавляя антибиотиком (доксициклином). Мы смогли проверить «отмену старения» с помощью серии конкретных наблюдений: помолодевшая мышка бодро цеплялась за жердочку, быстро передвигалась по ней; долго плавала, не выражая «поведенческого отчаяния»; намного быстрее обнаруживала выход из лабиринтов (когнитивность на высоте!), время ответного рефлекса[283] сократилось, а продолжительность жизни (и это главное!) увеличилась на 30 процентов. На собаках мы проведем ту же серию тестов и опытов.

— Когда вы привлечете к опытам людей-добровольцев?

— Сейчас мы тестируем 40 или 50 генных терапий. Сработавшие на мышах, будут отрабатываться на собаках. FDA значительно быстрее утверждает протокол для собак, чем для людей! (А для мышей нам и вовсе не требуется одобрения.) Немало хозяев старых собак готовы заплатить за омоложение любимцев. Полагаю, через год мы начнем экспериментировать с людьми.

— Могу предоставить вам длинный список VIP-персон, готовых хорошо заплатить, чтобы не умирать.

Мне показалось, что убежденность Черча впечатлила Леонору. Она работала бок о бок с одним из пионеров секвенирования генома человека и должна была привыкнуть к подобному бреду, однако, что бы там ни думал Антонаракис, харизма Черча имела иной источник: его мысли не знали табу. Это возбуждало, пугало, кружило голову, затягивало в неуправляемый полет. Профессор Черч изъяснялся необычайно свободно и просто, что казалось несовместимым с его высоким статусом (кафедра в Гарварде и в Массачусетском технологическом институте). Я продолжил «допрос» с подсказки, которую нашептал мне на ухо Андре Чулика:

— А вы можете удлинить мои теломеры? С каждым клеточным делением эти сегменты ДНК в конце наших хромосом «подрезаются». Их иногда обвиняют в нашем старении.

— Мы умеем делать это на мышах. Но есть человек, который прошел курс генной терапии своих теломеров (я назову вам его имя чуть ниже, строчек через тринадцать-пятнадцать). Мы можем повысить активность теломеразы — фермента, отстраивающего обратно концевые участки хромосом, теломеры, и таким образом продлевающего жизнь. Но высокая активность фермента характерна и для раковых клеток, поэтому мы должны быть осторожны, чтобы избежать злокачественного перерождения. Мышам мы удлиняем теломеры, сразу проводя антираковую терапию.

— Я потерялся и не понимаю: какой же дорогой мне идти к вечной жизни?!