Солдаты наставили оружие на Сандро с отцом и Розину.
Массимо расправил плечи.
— Не нужно угрожать нам, господин Майер. Я лишь намеревался объяснить…
— В сторону!
Они повиновались, и тогда Майер отдал еще один приказ, солдаты опустили оружие. По следующей команде они заполонили святилище, побежали по проходам в своих черных сапогах и принялись обшаривать резные деревянные сиденья. У каждого сиденья имелся запертый деревянный ящичек с молитвенниками, и немцы разбивали крышки прикладами автоматов.
Охваченные ужасом, потрясенные, Сандро и остальные наблюдали за происходящим. Несколько нацистов бросились к ящикам для подаяния, те тоже были заперты, но и их сломали. Другие помчались к противоположной стороне синагоги, по ступенькам взобрались на
Сандро вцепился в руку отца, и они ошеломленно и недоверчиво смотрели, как нацисты отдернули полог, за которым скрывались святыни. Они взяли два свитка и с резкими криками швырнули их на пол.
Отец Сандро ахнул:
— Господин Майер, это же вандализм! Солдаты находятся в священном месте, куда допускаются лишь раввины! Там нет никакой радиоаппаратуры.
Фоа встревоженно вытаращил глаза:
— Так нельзя, господин Майер! Это нарушение еврейского закона, я не могу позволить…
— Молчать! — рявкнул Майер. — У меня приказ обыскать синагогу сверху донизу. Вы проиграли войну и теперь находитесь на военном положении. Заткнитесь. Или отправитесь на Виа-Тассо.
Сердце Сандро бешено колотилось в груди, он бросил полный ужаса взгляд на лестницу, кишащую немцами, которые бегали по ней туда и сюда.
— А теперь все поднимаемся наверх! — Майер указал на лестницу, Сандро и остальные прошли за ним на второй этаж, где им открылось жуткое зрелище.
Немцы в конференц-зале рылись в книжных шкафах, швыряя книги и бумаги прямо на пол. Обнаружив запертую картотеку, они взломали ее и принялись изучать содержимое.
Другие солдаты принесли картонные коробки и начали упаковывать туда документы.
Массимо нахмурился:
— Господин Майер, это записи общины. Почему их конфискуют? Вы упоминали только обыск.
— Мы более внимательно просмотрим документы вне этих стен. — Майер указал на шкафы у дальней стены. — Что там за тома в переплете, Фоа?
Тот ответил не сразу:
— Протоколы заседаний Еврейского совета и бухгалтерская документация.
Майер быстро отдал приказ на немецком, солдаты сгребли содержимое тех шкафов и поместили его в коробки.
— Что это за картотека, Фоа?
Морщинистое лицо Фоа вытянулось.
— Имена, адреса и родословные членов нашей общины.
Майер снова отдал приказы, и солдаты принялись упаковывать картотеку.
— Я знаю, что в вашей общине есть сейф, Фоа. Где он?
Фоа покорно вздохнул:
— У меня в кабинете.
— Показывайте. Синьора, пожалуйста, останьтесь здесь. Остальные — за мной.
Фоа направился к себе в кабинет и открыл дверь, за ним последовали Сандро с отцом. В комнате стоял письменный стол, заваленный бумагами, деревянный шкаф и книжный стеллаж с книгами, фотографиями и серебряной менорой с гравировкой. Сандро никогда раньше здесь не бывал.
Фоа открыл дверь шкафа, за которой скрывался черный сейф.
— Вот он.
— Отоприте.
— Ключ у меня в столе. — Фоа открыл ящик стола, достал маленький золотой ключ и отпер им сейф.
Майер заглянул внутрь.
— Сколько здесь денег?
— Около двух миллионов лир.
— Выйдите. Мне нужно позвонить. — Майер указал вынужденным молчать евреям на дверь, и Сандро переглянулся с отцом. Тот никогда еще не выглядел таким сердитым. Немцы вокруг них рылись в шкафах, изымали документы, бумаги и картотеку. Сандро изо всех сил вслушивался, пытаясь разобрать, что говорит по-немецки Майер, но у него ничего не вышло.
Через пару минут Майер открыл дверь и указал на сейф.
— У меня новый приказ от оберштурмбаннфюрера Капплера: конфисковать эти деньги. Возьмите небольшую коробку и все упакуйте.
Фоа от ужаса так и разинул рот.
— Но это наши деньги… Мы собрали их, когда у нас потребовали золото.
Вмешался Массимо:
— Господин Майер, у вас нет законных оснований для изъятия собственности общины. Вы называете это конфискацией, но это обычный грабеж — преступное деяние.
Майер зло зыркнул на него:
— Отказываетесь повиноваться? Я доложу о вас оберштурмбаннфюреру Капплеру, Симоне.
Сандро дернулся, испугавшись за отца.
— Господин Майер, — выпалил он, — мой отец адвокат, он лишь пытается защитить общину.
— Господин Майер, пожалуйста, я согласен… — Фоа схватил со стола коробку с корреспонденцией, но Майер выхватил ее у него и вывалил письма на ковер.
— Убирайтесь вон, мы сами разберемся! — Майер снова указал им на выход, и они посторонились, а он принялся отдавать приказы солдатам, которые притащили еще несколько коробок и начали сгружать туда все обнаруженное в кабинете Фоа.
Все утро Майер и солдаты перетаскивали документы общины, досье, протоколы и бухгалтерские записи в грузовики с тентом, стоявшие на площади. Сандро с отцом, Фоа, Розина и прочие присутствующие — среди них Джемма и Роза — в ужасе наблюдали за грабежом.
