Марко взял ее за руку так, словно это было самое естественное дело на свете. Они вместе подошли к роскошному зданию, фасад которого был отделан камнем цвета теплого янтаря, высокие окна светились изнутри. У изящной арки входа стояли охранники в форме и с винтовками — в такой обстановке оружие выглядело немного неуместно.
— Можешь представить, что раньше здесь кто-то жил? Была одна аристократическая семья, но теперь это наша штаб-квартира. Ты обалдеешь, когда увидишь, что там внутри.
— А ты уверен, что в такой поздний час туда можно?
— Не волнуйся, ты же со мной. — Марко отсалютовал двоим охранникам. — Джузеппе, Тино — познакомьтесь с Элизабеттой. Ну разве она не красавица?
—
— Да ты счастливчик!
— Знаю! — Марко провел Элизабетту мимо них в грандиозную парадную с великолепным стеклянным входом и еще двумя охранниками в форме. Они салютом приветствовали Марко, и он ответил тем же.
— Господа, познакомьтесь с моей прекрасной Элизабеттой. Смотрите, но не трогайте!
—
— С дороги! Я хочу показать своей девушке верхний этаж.
—
— Шутишь, старик? — парировал Марко. — У тебя-то последнее свидание, небось, было в Древнем Риме. Водил подружку в Колизей!
Все рассмеялись, и Марко повел Элизабетту к величественной мраморной лестнице. Они зашагали по ней, и он показал Элизабетте скульптуры на каждой площадке, тонкие детали мраморной лепнины и прекрасные цветы на большом куполообразном потолке с чернильным глазом, обращенным во мрак ночи.
— Разве здесь не красиво?
— Да, красиво, но разве нам можно тут находиться?
— Говорю же тебе — да. Начальство уже ушло.
Они добрались до верхнего этажа, и Марко завел ее в большую приемную, что располагалась справа; Элизабетта увидела сверкающий мрамор на полу, расписные бордюры на стенах и сводчатые потолки, хотя, по ее мнению, фашистские флаги и несчетное множество фотографий Муссолини лишали помещение элегантности. Она никогда не бывала внутри столь большого дворца, казалось невозможным, что когда-то он целиком принадлежал единственной семье.
—
—
Охранник широко распахнул перед ними дверь.
— Вперед, комендаторе Террицци!
— Наконец-то со мной обращаются с должным уважением, — хохотнул Марко и повел Элизабетту в большой кабинет с массивным столом резного красного дерева, по бокам которого высились флаги Италии. На стенах, покрытых штукатуркой, висели масляные пейзажи в золоченых рамах вперемежку с бронзовыми светильниками, а потолок с рельефными перекрытиями украшала роспись, изображающая сцены сельской жизни. На противоположной от входа стороне, между стеклянными дверями от пола до потолка, — портреты короля Викто́ра Эммануила III и Муссолини.
Позади них с громким лязгом закрылась дверь. Они остались вдвоем.
— Ты все заранее продумал? — спросила Элизабетта.
— Ну конечно, я же не какой-то дилетант.
Вид у него стал серьезным, и Элизабетта решила было, что он хочет ее поцеловать, но тут Марко подвел ее к столу.
— Ты должна сесть в кресло моего шефа. — Марко выдвинул из-за стола кресло с блестящей обивкой красной кожи. — Вот, садись и представь, что ты — комендаторе Буонакорсо.
Элизабетта уселась за сверкающий стол полированного дерева; на поверхности не было ничего, кроме двух телефонов, набора затейливых ручек, отделанных эмалью, и золотых часов.
— Давай, прикажи мне что-нибудь. — Марко уселся напротив, притворяясь, будто делает записи в воображаемом блокноте. — Готов служить!
Элизабетта хихикнула:
— Ну… как насчет «веди себя хорошо»?
— Ни за что. — Марко сделал вид, будто подбрасывает блокнот в воздух, потом, вскочив со стула, обошел стол и взял Элизабетту за руку. Он подвел ее к стеклянным дверям, которые вели на балкон, огибающий здание по периметру и выходящий на Пьяцца Навона. — Иди сюда.
— Ты серьезно, Марко? — Элизабетта помедлила на пороге. На балконе был плиточный пол и мраморное ограждение, но высота все равно страшила.
— Не бойся. Отсюда прекрасный вид. Гляди-ка… — Марко помог ей выйти на балкон, Элизабетта подошла к перилам и посмотрела вниз.
