Вечное Пламя полностью

Карла помогла Иво присоединить его спектрограф к телескопу, а затем проследила, как он загружает первый образец в катапульту рядом с иллюминатором: первая маленькая порция раздражителя, с помощью которого они надеялись вывести Объект на чистую воду. Воздушного шлюза как такового – то есть достаточного большого помещения, через которое члены экипажа могли бы входить и выходить, не вызывая разгерметизацию всей кабины – в Моските не было, однако Марцио разработал уменьшенную версию, оборудованную ковшами и щипцами с рычажным управлением, благодаря которой эти крошечные образцы можно было перемещать на небольшое расстояние сквозь корпус корабля и загружать в пусковую трубу катапульты.

Когда поверхность Бесподобной еще страдала от спорадических вспышек, источником которых, как считалось, была ортогональная пыль, никому так и не удалось даже пронаблюдать – не говоря уж о том, чтобы зафиксировать – спектр излучаемого света. Прежде, чем центробежная сила положила конец этим представлениям, люди предлагали использовать спектрографы с таким широким обзором, что невозможность точно предугадать местоположение источника света, просто перестала бы иметь значение. Проблема, которую им, впрочем, так и не удалось решить, заключалась во времени: никто не мог среагировать достаточно быстро, чтобы открыть затвор точно в момент появления вспышки; длительное же экспонирование, выполненное с помощью широкоугольной камеры – даже попади в ее поле зрения одно из этих редких событий – просто похоронило бы сигнал вспышки на фоне, который бы дал в сумме отраженный звездный свет.

Никому не удалось обнаружить хотя бы один крохотный кратер или иной изъян, оставшийся после странных воспламенений. Лишившись эмпирических подсказок, три поколения путешественников были вынуждены лишь строить догадки о природе этих соударений. Тот факт, что даже размеренного вращения Бесподобной оказалось достаточно, чтобы смахнуть надвигающиеся частички пыли, исключал объяснение, основанное исключительно на скорости удара, отдавая предпочтение некой химической реакции с участием вещества самой Бесподобной. Однако предложить правдоподобное описание этих событий пока что не удалось ни одной теории химической люминесценции, ни одной теории горючих материалов и либераторов и ни одной теории света и светородов.

– Серые равнины к северу – сбрасываю один чахлик пассивита.

Он отпустил катапульту.

Карла мельком взглянула на Аду, находившуюся в противоположной части кабины. Ада держала руку на аварийном рычаге, который должен был моментально запустить двигатели и унести Москит от греха подальше, если Объект последует примеру Геммы и начнет превращаться в звезду. Тамара, защитив глаза тяжелой повязкой, держалась за веревку рядом с Адой. Если горение Объекта окажется настолько интенсивным, что его излучение станет опасным для здоровья, то это зловещая мера предосторожности, по крайней мере, поможет уберечь зрение одного из навигаторов.

Карла наклонилась и пристально вгляделась в стоявший перед ней теодолит, добровольно подвергая риску один глаз, чтобы учесть противоположную крайность – шанс, что вспышка может оказаться слишком слабой и разглядеть ее иным путем будет невозможно; ее пальцы тем временем касались циферблата соседних часов. Они считали, что знают, сколько времени потребуется крупинке пассивита, чтобы достичь поверхности Объекта, но если сама реакция произойдет с задержкой, точное время станет ценным дополнением к остальным данным.

– Открываю затвор, – тихо произнес Иво.

Карла пристально смотрела на серую поверхность, освещенную звездами, ожидая прозаичного финала. Секрет, ускользавший от целых поколений, не мог просто взять и выдать себя с первой же заброшенной ими песчинкой. Она почувствовала, как стрелка циферблата достигла предсказанного времени столкновения и двинулась дальше: одна лишняя пауза, две, три –

Ослепительно яркая точка вспыхнула на сером фоне, как соляритовая лампа, видимая сквозь крошечное отверстие. Карла добросовестно переписывала точное время события на свое бедро даже мысленно ожидая, когда эта точка взорвется, изодрав в клочья барьер между мирами, и скрытый за ней хаос хлынет наружу.

Свет померк и исчез. Карла быстро обернулась и приложила неослепленный задний глаз к теодолиту. Пламя не распространилось за пределы места удара на манер стихийного пожара. На вид поверхность Объекта совершенно не изменилась.

– Скажи, что мне это не привиделось, – произнес Иво.

– Не привиделось что? – с нетерпением спросила Тамара.

– Реакция была яркой, но… локализованной, – сумела объяснить Карла. – В точности такой же, как описано в старых отчетах пожарной охраны! – Именно такую реакцию впервые наблюдала сама Ялда – оглядываясь на Бесподобную из космической пустоты, когда она чуть не погибла из-за несчастного случая во время сборки двигателей, отвечавших за вращение горы.