— Лучшей кандидатуры, чем моя во всем Царствии не сыскать, — без ложной скромности заявил Григорий. — Я самолично убью Кощея или съем, что обрести его сказочную силу. А после вновь буду просить вашей руки, — твердо заявил он.
Василиса обратила в прах свои наколдованные растения и обескураженно присела на кровать.
— Я знала, что ты амбициозный и талантливый, но о твоем желании быть царем и не догадывалась.
— Никакой не царь. Есть и буду вашим вечным слугой, — Григорий встал на колени и осторожно взял ступню Василисы. Она не сопротивлялась, а внимательно наблюдала за своим подданным. — Когда я встретил вас впервые, то обрел смысл жизни. И я сделаю все ради вас, — он поцеловал ножку царевны.
— Преданность я люблю, — в глазах Василисы вновь появился озорной блеск. — Два условия Григорий: ты становишься Кощеем, и ты разбираешься с этой Жар-птицей, которая спасла Снегурочку. А то ты ведь так и не выполнил эту мою просьбу, — она властно подняла подбородок.
— Извините, госпожа.
— У меня плохое предчувствие на ее счет, — Василиса прикусила губу. — Сделаешь все по уму, то будет тебе моя рука и сердце.
Словами не передать в каком экстазе Григорий вышел… нет, выпорхнул из покоев царевны. Он и не рассчитывал, что она с первого раза согласится, да еще и поставила всего лишь два условия. И даже в рожу не плюнула, а имела бы на то полное право — где она, а где он.
Разобраться с Кощеем — как щелкнуть пальцами. Сначала надо организовать все поедание Снегурочки. Если надежды Василисы не оправдаются, что отца разорвет от сказочной силы, то Григорий просто сломает иголку. Он давно уже знает, в каком яйце хранится кощеева слабость.
С Жар-птицей пока еще ничего непонятно: по пути к Марье даже не было возможности найти хоть толику информации. Но точно будет какой-нибудь гоблин, который или слышал, или видел чего-нибудь. Не убежит пернатая. В самом крайнем случае Григорий самолично выследит ее и подстрелит. И там уже наплевать на ее цели и мотивы. Хорошая птица — поджаренная на вертеле.
Насвистывающий веселую мелодию, Григорий вышел на улицу. Но приподнятое настроение омрачила Настенька, которая уже сидела верхом на лошади с узелком наперевес. Она повернула голову и мрачно посмотрела на Григория. После чего с полной ненавистью высунула язык и поиграла пальцами, как бы приклеенными на лоб. Самого Григория, видимо, изображала. Ну и девка…
Жить с Марьей Моревной очень хорошо. Правда, часто случалось так, что ранние подъемы и отработки ударов с мечом изматывали до болей в руках. Зачем Снеже вообще учиться владеть оружием — непонятно, но богатырша настаивала, а спорить с ней опасно, ибо силища той способна вышибить мозги. И все же трудности казались такой мелочью, когда они все вместе сидели у костра: богатыри шутили и, перебивая друг друга, хвастались своими земными приключениями. Они уже по сто раз слышали эти байки, однако все равно хохотали от души. Марья в «подвиги» богатырей не верила и все время подкалывала мужиков.
Еда была очень простая: без соли пожаренное на костре мясо. Его обычно делал Вано, от которого на охоте было мало толку, зато он отлично справлялся с ощипыванием уток и подрумяниванием крыс на вертеле. Не Настенькины харчи, но есть можно. От внезапного воспоминания о Насте Снежа поежилась. Она вдруг остро ощутила желание поговорить с кем-нибудь своего возраста. Заняться девичьими глупостями: косички заплетать или просто похихикать как дурочки. Настя для такой ерунды подходила, так казалось Снеже. Нет, она бы с ней никогда не стала дружить. Ведь именно Настя привела Снежу в логово чудовища. Но помечтать о другой яви никто не запрещает. А в этом другом мире Василиса оказалась хорошей, и Снежа вместе с Настенькой помогали ей по хозяйству днем, а в свободное время плели венки и играли в догонялки.
Снежа иногда ловила себя на мысли, что скучает по такой жизни, хотя она абсолютно точно знала — ничего подобного у нее никогда не было. Память почти полностью к ней вернулась. Правда, все вокруг уверяли, что она станет понимать себя лучше, но Снежа запуталась в себе еще больше… Вот даже эти, будь они неладны, мечты о плетении кос друг дружке с подружкой — не чушь ли? Сама себе она никаких причесок никогда не делала, потому что это глупая трата времени. Нужно пойти поохотиться, зашить одежду, насобирать ягод или трав. Дел невпроворот: какие еще косы. Да и зачем нужны они. Но нет-нет, а ночами Снежа вздыхала, представляя себя с красивой прической. Марья Моревна сказала, что это просто возраст у Снежи такой. И сама она по юности так губы с щеками красила, что из соседней деревни было видно. Сейчас, смотря на нее, в это трудно поверить.