Большинство девушек направились к вешалке, нерешительно выбирая одежду, но я осталась прикованной к месту. Я не хотела дефилировать перед какими-то придурками королевской крови, разодетой как кукла. Я никогда в жизни не надевала платья и не собиралась начинать сейчас.
Остальные начали надевать платья, каждое из которых было длинным и струящимся, как из сказки, которую нам рассказывал папа. Я никогда не видела ничего подобного в Сфере. Они казались совсем не практичными, и мне не нужны были какие-то болтающиеся оборки, которые могли бы подставить мне подножку при побеге. Но опять же, я бы долго не продержалась на улице в одном халате. Если у меня будет шанс сбежать, мне нужно будет надеть что-то еще, кроме этого.
Я нехотя подошла к стопке нижнего белья и натянула самую простую черную пару, которую смогла найти среди кружев и шелка. Одна из них было просто обрывком материала, который выглядел так, будто хотел забраться мне в задницу и устроить там свой дом.
Закончив, я снова завернулась в свой пушистый халат, разглядывая девушек в их блестящих платьях.
Со вздохом решимости я повернулась к Фелиции. — Я это не надену.
Ее глаза практически вылезли из орбит. — О, человек, ты должна! — Она шагнула вперед, и я попятилась, ожидая нападения, поскольку ее глаза вспыхнули. — Если ты выйдешь отсюда в таком виде, я буду привлечена к ответственности. Я должна представить тебя так хорошо, как только смогу.
— Нет, — сказала я сквозь стиснутые зубы, когда она приблизилась ко мне, и волна сердитого бормотания прошла между косметологами.
— Как ты собираешься угодить им, вот в этом? — она почти захныкала, глядя на других вампиров, которые скорбно покачали головами.
Страх подталкивал меня к платьям, но бунтарство приковывало меня к месту. Эти монстры вырвали меня из моего дома, забрали у моей семьи, а теперь они ожидают, что я буду
За пределами комнаты раздался настойчивый барабанный бой, и Фелиция в тревоге посмотрела на меня. — Времени больше нет. Тебе придется идти, как есть.
— Я не против, — пробормотала я, становясь в очередь позади других девушек, пока Фелиция шла впереди через дверь.
Еще один коридор. Еще больше белых стен.
Барабанный бой становился все громче, и в моих ушах звучал шум собравшейся толпы. Нервы заскребли по моим венам, когда дверь распахнулась и на нас пролился бледный дневной свет.
Я зашла последней, и Фелиция сорвала халат с моих плеч, когда я проходила мимо нее. Мои щеки вспыхнули, когда я повернулась к ней, потянувшись за ним, и холодный воздух окутал меня, но выражение ее лица сказало «нет», прежде чем она захлопнула дверь у меня перед носом.
Сотни вампиров смотрели на меня сверху вниз с огромной трибуны, возвышающейся высоко над каменным внутренним двором, в который нас выбросило, и мой пульс бешено заколотился от интенсивности их взглядов.
Девушки позади меня ахнули, и я обернулась, пытаясь понять, что они увидели, и мой взгляд упал на трибуну напротив толпы, высоко над нами. Там сидели четверо вампиров, одетых по-королевски; трое мужчин и одна женщина, все сидели на белых как мел тронах.
Молодо выглядящая женщина сидела между болезненно красивыми мужчинами; ее голову венчала корона из богато украшенного серебра и бриллиантов, ее кожа была ослепительно бледной, а золотистые волосы — были словно ожившие солнечные лучи. От идеальной симметрии ее лица у меня перехватывало дыхание, ее красоту мог создать только художник. Ее губы были похожи на два совершенных лепестка розы, ее глаза были ярко-синими и бесконечно глубокими. Ее платье было кремовым и струящимся, складки шелка ниспадали к ее ногам, но ни одно платье не могло сравниться с ее абсолютным совершенством, ни одна одежда никогда не могла быть достойна такой женщины. Она была богиней, ходящей по земле, на ее лицо трудно было смотреть без того, чтобы какая-то глубокая реакция не пустила корни в твоей душе. Она была больше, чем Элитой, гораздо больше. Самые могущественные вампиры, которых я когда-либо видела, бледнели рядом с ней, и единственными существами на этой земле, способными сравниться с ее обаянием, были три существа, сидевшие рядом с ней.
Магнетическое притяжение этих троих мужчин было настолько сильным, что я просто поймала себя на том, что смотрю, упиваясь их видом с нескрываемым любопытством. Все были одеты в темно-синие костюмы, с плеч свисали тяжелые плащи цвета ночного неба. К их поясам были пристегнуты мечи, на груди блестели медали, в то время как мой взгляд привлек меч женщины, небрежно прислоненный к спинке ее трона.
Несмотря на единую одежду мужчин, все они были такими разными, одинаково красивыми, но по-своему уникальными. На их головах были короны, простые кольца из черного металла, в то время как женская корона была прекрасным украшением из кованого железа, закрученного острыми концами вокруг сверкающих бриллиантов.
