— У Олега переночую, а утром к тебе. Нормально все будет, я смотрел прогноз, снегопадов не ожидается. Вместе встретим Новый год.
— С Варварой.
— Почему с Варварой?
Полине показалось, что Вадим заставил себя возмутиться.
— Да потому, что ты этого хочешь.
— Нет, не хочу я, — снова сфальшивил он. — И не надо меня провоцировать!
— Не буду, — сказала Полина.
Ей нужно было взбодрить себя, настроиться на мажорный лад. Мужчины не любят женщин, которые нагоняют на них тоску.
Полина отправилась на кухню. Там у нее уже все готово было для соуса с мясом, осталось только сложить это добро в утятницу и сунуть в духовку.
Сейчас она приготовит обед, потом расскажет Вадиму о своей беременности. Это, конечно же, обрадует его. Он ведь хотел ребенка, наверное, и с Варварой расстался именно из-за ее бесплодности. А Полина родит ему сына, затем дочь, а там и на близнецов можно будет замахнуться. Все у них с Вадимом пойдет хорошо, нужно только заставить себя поверить в свое счастье.
Но за стол Вадим сел с пресным выражением лица и отсутствующим взглядом. Мыслями он был где-то далеко, возможно с Варварой.
Полина решила не поднимать больную тему, но Вадим заговорил первым.
— Полина, ты хорошая, — сказал он, глядя куда-то поверх нее. — Ты очень хорошая. Готовишь вкусно, хозяйка отличная. С тобой тепло, уютно…
— Но ты меня не любишь, — не удержалась она.
— Почему не люблю? — Вадим встрепенулся, приложил руку к груди. — Люблю! Просто… я даже не знаю, чего мне здесь, у тебя, не хватает. Все есть! А чего-то недостает. С Варварой ясно. У нее целый ворох всего. Но с ней все понятно.
— Хорошо, когда все понятно.
Полина вдруг поняла, что не сможет подняться из-за стола. Ноги откажутся держать ее. И тарелку в руки брать нельзя. Она выпадет из них и разобьется.
— Да, с одной стороны, может, и хорошо, а с другой — вовсе нет. Не могу я с тобой, — проговорил Вадим и отвел в сторону взгляд. — Душа у меня здесь не на месте.
— Я знаю, — сказала Полина.
— Ты уж меня извини.
— Я тебя прощаю и отпускаю, — через силу выдавила она из себя.
— Знаешь, я всегда знал, что ты самая лучшая, — произнес Вадим, поднялся, присел перед ней на корточки, ткнулся лбом в колени.
Из ее глаз покатились слезы, в горле застрял горький ком.
— Уезжай прямо сейчас.
— Можно? — Вадим поднял голову и посмотрел на нее глазами молодого орла, перед которым нежданно-негаданно распахнулась дверь сырой темницы.
— И не возвращайся, даже если очень этого захочешь! — Полина до боли кусала губы, чтобы не разрыдаться.
— Я обязательно захочу, — сказал Вадим и рванул в спальню.
Ему нужно было собраться.
Полина не желала стоять у него над душой. И еще ей срочно нужно было на свежий воздух.
Она оделась, вышла из дома, по тропинке, расчищенной в снегу, прошла к амбару, там и остановилась. Полина хотела, чтобы Вадим, уходя, увидел ее, понял, что с ней все в порядке, и не бросился спасать, как это было, когда она закрылась в бане. Полина не собиралась лезть в петлю или бросаться в омут головой.
Ее бабушка по маме мужа в войну потеряла, с ребеночком осталась, смолоду вдовствовала, замуж так и не вышла, и ничего, вырастила дочку, внуков подняла. На жизнь, сколько помнила Полина, она никогда не жаловалась.
Вадима не убьют на войне, как дедушку, он просто умрет в душе Полины. Она будет хранить память о нем, перенесет ее на своего сына или дочь, кто родится, станет лелеять его образ, жить воспоминаниями о чудесных днях, прожитых вместе, работать, не покладая рук. Ее ребенок вырастет в достатке. И плакать она не будет никогда. Ни за что.
Слезы градом хлынули из глаз, из груди вырвались рыдания.
«Вот сейчас я поплачу немного, и все, больше никогда».
Но слезы не хотели заканчиваться. От рыданий вздрагивали ее плечи.
Дверь открылась. Вадим вышел из дома и наверняка увидел ее.
«Сейчас он подойдет, обнимет меня, скажет, что передумал. Мы вернемся в дом и будем жить долго и счастливо».
Полина слышала, как завелась машина. Какое-то время двигатель работал на холостых оборотах, а затем закрутились колеса. Не подошел Вадим, не обнял, уехал, сбежал в свою старую, привычную жизнь. Что ж, счастья ему и удачи.
В поселке у Полины жили тети, двоюродная сестра и троюродный брат. Она поздравила их всех с наступающим, но встречать Новый год собралась одна, убралась в доме, приготовила праздничный ужин — оливье, селедка под шубой, утка с яблоками. Ей теперь придется всегда встречать Новый год в одиночестве, но это совсем не страшно, если любить себя и своего ребенка больше жизни. Варвара позвонила в половине двенадцатого, когда Полина уже собиралась открывать шампанское. Она не хотела портить праздничное настроение, которое далось ей с большим трудом, не брала трубку, но Варвара не унималась. В конце концов Полина отозвалась и замерла в ожидании какой-нибудь гадости.
— Ну, здравствуй, сестренка! — с легким оттенком презрения, но не зло сказала Варвара.
Полина промолчала, давая понять, что не желает разговаривать в таком тоне.
— Вадим со мной.
