— Ведьма она, — неохотно добавил хозяин дома. — И с проклятьем сильным ведьма. Никто без большой нужды не идет к ней, хотя вещи она шьет сильные, ноские, иную рубаху так заговорить может, что стрела от ткани сама отскакивает… Да, говорят, воровские пояса и сумы удобные и вместительные творить умеет, — он запнулся. — Но проклятье на ней сильное, древнее, темное… Все наши стороной ее обходят, коли встретят, да сказывают после об облике ее зверином и кровожадном…
— Где живет? — я насторожилась.
— Здесь, недалече, — алхимик махнул рукой в неопределенном направлении. — По улице вниз и налево. Но не ходила бы ты к ней, деточка…
— Я вам, уважаемый, не деточка, а темный маг Старшего поколения, — спокойно улыбнулась я.
Старичок невольно попятился.
— Забери меня Вечность…
— Не зовите ее, если пока
— Сейчас ваш заказ соберу, — и его как ветром сдуло.
Мы с Молчуном переглянулись и дружно ухмыльнулись. Четыре эпохи прошло после войны, темные без силы рождаются — а их по–прежнему боятся… Даже странно. Я считаюсь темным магом, но при случае и проклясть–то никого толком не смогу, если не успею заранее подкопить силу… И хорошо, что об этом мало кому известно. А кому известно — те не верят, видимо, считая, что мы залегли на дно только из страха растерять чудом уцелевшие после Войны осколки знаний.
Алхимик, гремя склянками, вернулся на удивление быстро, вручил мне пухлый пакет и наотрез отказался от денег, которые я с мягкими угрозами ему все же всучила. Сильный дар должен оплачиваться соответственно. И, попрощавшись, покинула уютную лавку, решив отправиться на поиски местной проклятой. Столько лун поблекло, столько эпох прошло, а люди продолжают страдать от происков давно ушедших в Вечность людей… Что, впрочем, вполне объяснимо. Древние темные славились крутым нравом, несдержанностью натуры, непомерным самомнением и наплевательским отношением к обычным людям.
Затворив дверь, я несколько мгновений постояла на крыльце, упаковывая приобретенное добро в сумку и прикидывая, сколько денег у меня осталось. Признаюсь, не удержалась от привитой в гильдии воров привычки. А у воров наблюдалось весьма любопытное отношение к будущей добыче: что почти чужое, то практически твое. А деньги — вещь переходящая и постоянно меняющая владельцев, значит, почти чужое… И пару кошелей с золотом я у торговца увела. Исключительно на нужды общества и благо истории. И как раз — впритык, если собираться в дальний поход. У искателей нет ничего более постоянного, чем временное отсутствие денег. А с торговца не убудет. Он даже не заметит пропажи. Вернее, не вспомнит точное количество наличных денег.
Спустившись с крыльца, я побрела в указанном направлении, привычно раскинула поисковую сеть и… ничего не нашла.
— Ты ничего не чувствуешь? — остановившись у старого, обшарпанного одноэтажного «облака», спросила я.
Молчун съежился и спрятал голову под крыло. Я нахмурилась. Плохо дело. Проклятье темного теоретически существует, но если мы его не ощущаем… То либо алхимик с перепуга наплел чушь, либо…
— Вы не ко мне, случайно?..
Тихий, робкий, испуганный девичий голосок… Я стремительно обернулась, напрягая зрение. И невольно попятилась при виде едва угадывающегося в тумане силуэта существа. Похоже на сизого полосатика… Но — здесь? Тьма меня побери, кому же под силу создать столь мощный морок?.. Я моргнула и прищурилась. На низком крыльце, закутавшись в короткий старенький плащ, стояла невысокая хрупкая девушка. Бледное личико, огромные фиалковые глаза, затравленный взор, тонкие светлые косы, непокорными змейками выскальзывающие из–под капюшона… Я покачала головой. Ворон, на мгновение высунувшись из–под защиты крыла, поддакивая, хрюкнул. Теперь невольно попятилась уже незнакомка.
— Вы… кто?.. — и прижалась спиной к покосившейся двери.
Подступающая вьюга взметнула из–под наших ног снежные хлопья. Я молчала и не сводила глаз с девушки, а она лихорадочно искала за своей спиной дверную ручку, то пропадая из поля моего зрения, то возвращаясь невесомым полупрозрачным силуэтом, едва различимым сквозь душный мрак. Фантом туманных сумерек, вышедший из–под контроля мага? Серьезный случай…
— Проклятье
Незнакомка вздрогнула и испуганно слилась с дверью. Я тряхнула головой, прогоняя наваждение. Нет, никуда она не исчезла. По–прежнему стоит на крыльце и дрожит от страха. Но лишь я с помощью магии вижу ее настоящую, и мрак знает, кому что мерещится… Ворон, например, сначала увидел затаившегося в прыжке черного барса — древнее существо эпохи Изначальности, давно ушедшее в Вечность.
Девушка наконец–то нащупала дверную ручку и попыталась скрыться в доме, но я ее опередила:
— Подожди! — и, взлетев на крыльцо, захлопнула дверь, подперев ее плечом. — Не убегай! Я… я могу помочь.
Судорожный вздох, испуганный, недоверчивый взор необычных глаз — и огненно–красная от страха аура с четкой, сизо–черной паутиной проклятья. Кому же ты так не угодила, милая?..
