Алёна рассказала о произошедшем на болоте, о побеге и, наконец, о похищении Нины неизвестным мужчиной, одетым в звериные шкуры. Закончив, она выразительно посмотрела на охотника за головами. Борис сразу понял, что от него требуется. Правда, в голосе мужчины, когда он заговорил, особо энтузиазма не слышалось.
- Я ведь не знаток лесов, не следопыт. Я в городе работаю, понимаешь? Я могу посоветовать хорошего следопыта и тогда…
Дальнейший ответ застрял в горле Бориса. Он заметил, как блеснул яростью взгляд девушки и понял, что в своих предложениях зашёл на запретную территорию. Следовало немедленно исправлять ситуацию, но он абсолютно не представлял, как именно.
- Что от меня требуется? - пролепетал он, мысленно уже прощаясь с жизнью.
- Мне нужна информация. Кто-то должен знать об этом лесном жителе. И ты мне найдёшь этого кого-то.
Бориска почувствовал, как по спине скатилась холодная струйка пота. Слова Алёны прозвучали так спокойно, но от них веяло обещанием неминуемой смерти. Охотник за головами воззвал с молитвой ко всем Покровителям, чтобы его таланты сегодня не подвели своего хозяина.
Дальше начался самый безумный поиск за всю карьеру Бориса. Он ходил по своим осведомителям, задавал вопросы. Но всякий раз рядом с ним находилась Алёна. Такое соседство мало кому нравилось. Некоторые даже отказывались отвечать на вопросы. Это становилось большой ошибкой. Юная воительница не признавала отказа. Более того, своё недовольство показывала крайне жестоким и наглядным образом. Как правило, хватало сломанной руки или пары рёбер, разбитого носа или выбитых зубов, чтобы "стукачи" начинали петь соловьями.
Конечно, такое поведение Алёны сильно не нравилось Борису. Оно обязательно аукнется ему в будущем. Вряд ли кто-то из тех, к кому применили силовое воздействие, захочет сотрудничать с Борисом снова. Хотя, по большому счёту, выбора у охотника за головами не существовало. У него оставался только один вариант - как можно скорее найти нужную информацию, чтобы разъярённая воительница перестала разрушать сеть осведомителей, на создание которой ушли долгие годы.
Успех пришёл оттуда, откуда его никто не ждал. Даже самые проверенные информаторы не могли помочь ничем. А вот паршивый бродяжка, промышлявший милостыней в районе главного рынка, к которому Борис обратился больше по привычке быть последовательным, нежели рассчитывая на реальный результат, выдал те сведения, что сдвинули дело с мёртвой точки:
- Мужик в шкурах, живущий в глухом лесу? Слыхал о таком, как же не слыхать…
Бродяжка замолчал, выразительно покосившись на лежащую у ног шапку, где тускло блестели несколько медяков. Судя по всему, сегодняшний день у него не особенно задался. Алёна за спиной шумно вздохнула, отчего Борис вздрогнул и поспешно бросил в шапку несколько серебряных монет. Это было излишне расточительно, но охотнику за головами не хотелось, чтобы и этому бедолаге досталось на орехи.
- Благодарю покорнейше, уважаемый! Так вот, по вашему вопросу. Слыхал я, что оружейник наш знает об этом вашем зверочеловеке. У него какие-то к нему личные счёты. В прошлом годе, по весне, он в округе собирал людей храбрых в поход идти в леса дремучие. Да не задалось что-то у него. То ли денег не хватило, то ли побоялись - того не ведаю. Подробности у оружейника и спросите.
Так Алёна вернулась в уже знакомый магазинчик, где не так давно обзавелась оружием, пригодившимся ей в спасении Нины. Спасении, которое в конечном итоге, оказалось бессмысленным. Они с Борисом вошли в помещение, где на стенах было развешано самое разное оружие. Им навстречу вышел уже знакомый девушке подмастерье. Молодой парень с длинными русыми волосами, перевязанными алым шнуром.
- Вижу, вы снова к нам? - заговорил он, увидев Алёну. - Как мой топор, пригодился?
- Более чем, - ответила девушка. - Нам нужен твой мастер, позови его.
Распространяться о своих приключениях и объяснять судьбу проданного топора воительница не собиралась. Она уже и без того находилась на грани срыва. Возня Бориса с его осведомителями казалась девушке абсолютно глупым и бессмысленным делом. Поэтому сейчас, когда дело, наконец, сдвинулось, нетерпение Алёны уже почти подошло к красной черте.
- Господин Никита занят. Расскажите о своей просьбе, я ему обязательно передам.
Ярость вспыхнула испепеляющей волной. Алёна отреагировала раньше, чем кто-либо из присутствующих успел даже взглядом моргнуть. Подмастерье врезался в стену, а ноги его болтались в воздухе, не касаясь пола. Воительница держала беднягу за горло, не выказывая особого напряжения. Лицо подмастерья быстро наливалось краской, он хватал ртом воздух, будто выброшенная на берег рыба.
- Где твой мастер? - произнесла девушка холодно и спокойно.
- Он… Там… В комнате, дальше по коридору.
- В какой комнате?
- Цветок… Цветок на двери…
