- Теперь ты сдохнешь, предатель! – закричал он, поднимая над головой меч.
Этого Алёна допустить никак не могла. Воительница ринулась прямо через пламя. Её рывок был невероятно быстрым. За доли секунды она преодолела разделявшее их расстояние. Меч разбойника опустился вниз и с громким звоном ударился о подставленный воительницей щит. Алёна смотрела поверх кромки на растерянное лицо Вояты. Разбойник никак не ожидал вмешательства третьей стороны. Однако, в сообразительности ему отказывать было нельзя. Воята быстро отступил на три шага, не собираясь немедленно вступать в схватку с новым противником. Алёна, припавшая на колено, выпрямилась. Глаза девушки горели праведным гневом.
- Решила спасти жизнь этому предателю? Разве тебя он не предал? Разве не заслужил смерти? – воззвал к ней разбойник. – Если не может убить его сама, просто отойди в сторону. Я сделаю всё сам. А потом разберёмся между собой.
Алёна повернула голову, посмотрев на истекающего кровью Терентия. Он сидел, бледный, окровавленный, такой… беззащитный. Воительница снова посмотрела на разбойника. Решительно сжав губы, она молча покачала головой. Воята деланно громко вздохнул.
- Какие же вы дуры, бабы! Всегда выбираете не тех мужчин! Что ж, если ты не хочешь по-хорошему, значит, будем по-плохому.
Разбойник вытащил из широкого пояса небольшую склянку. Девушка насторожено следила за действиями мужчины. Видя такое внимание, Воята ухмыльнулся и поспешил дать объяснение:
- Дорогая штука. Почти сотню золотых отдал за эту скляночку. Зелье боевое. Не поделка местных травников, которая только и способна, что сонливость отогнать. Настоящее зелье столичных алхимиков. Не знаю, что уж они там добавляют, но эффект невероятный. Да что там говорить, сейчас сама всё увидишь!
Воята решительно поднял лицо к небу, открыл рот и влил содержимое пузырька внутрь. Алёна, напряжённо следившая за разбойником, почувствовала внезапный укол страха. Страха и сожаления о том, что не напала сразу, не атаковала противника, пока тот ещё стоял на месте и разглагольствовал. Теперь же нападать не хотелось. Инстинкты воина подсказывали, что делать это «в лоб» не стоит.
Между тем посмотреть было на что. Воята, проглотивший неизвестный воительнице элексир, задрожал крупной дрожью. Сквозь стиснутые зубы вырвался глухой рык, не похожий на человеческий. Так может рычать большой хищник, вроде медведя. Алёна повела плечами, прогоняя холодок страха и следя за метаморфозами, происходящими с разбойником.
Следующей переменой стали раны. Множество сочащихся кровью царапин покрывали руки и торс Вояты. Красная жидкость на них внезапно загустела и почернела. Фигура разбойника заколебалась, начала утрачивать чёткость. Воительница даже головой помотала, думая, что ей мерещиться. Но затем поняла причину – Воята просто стал очень горячим! Слабый дымок, поднимающийся от ран, подсказал девушке ответ. Но поднятие температуры не было главным, оно было лишь следствием. Потому что раны на теле разбойника затянулись! От них не осталось даже шрамов!
- Как приятно, - низким, гудящим голосом произнёс Воята. – Как же приятно ощущать в себе такую силу!
Разбойник опустил голову и посмотрел прямо на девушку. Алёна увидела, что зрачки его стали совсем крошечными, с булавочную головку. Но этот признак наркотического опьянения не обрадовал воительницу. Потому что Воята сорвался с места, напав на неё без всякой подготовки, без долгих рассуждений.
Удар клинка был страшен. Девушка едва успела поднять выше щит, когда стальное лезвие ударило в него. Рука, держащая его, онемела, а Алёна скользящим шагом ушла в сторону. Воята же размахнулся и ударил снова. Настоящий ураган звериной мощи – вот чем стал разбойник. Сила его ударов могла бы посоперничать с медвежьей, а скорость находилась за гранью человеческих способностей. Алёна отступала под градом ударов. На то, чтобы самой перейти в ответное наступление, не было времени. Разбойник рубил непрерывно, вкладывая в каждый удар, в каждый замах огромную силу и мощь. Воительнице приходилось полностью вкладываться в защиту, чтобы не пропустить удар.
Они двигались по кругу. Отступающая воительница всякий раз смещалась чуть влево, чтобы не упереться спиной в препятствие. Именно свобода манёвра, имеющаяся у неё, пока позволяла держаться без последствий. Онемение в руке, держащей щит, уже прошло, но вот копящаяся в мышцах усталость давали понять, что затягивать бой не стоило. Её противник, наоборот, с каждой секундой набирал силу. Удары становились всё сокрушительнее. Алёна больше не подставляла щит напрямую, предпочитая просто сбивать вражеский клинок с траектории.
Странно, но страха умереть не было. Смерть, которая смотрела на неё через сузившиеся зрачки разбойника, казалась слишком неправильной, ненастоящей, чтобы придавать ей значение. Воительница отразила очередной удар, сосредотачиваясь на текущей в жилах ярости. Пришло время показать, чего она стоит. Может ли она считать себя воином Света.
