Перешедшая в «боевой режим» воительница отреагировала инстинктивно, не задумываясь. Тело само прыгнуло в сторону, уходя с линии атаки. Ответный взмах топором тоже был машинальным действием. Девушка напрочь забыла, что держит в руках не привычный меч, а куда менее подходящий её обычному стилю боя топор.
Оба предпринятых действия удались лишь наполовину. Прежде всего, лезвие топора глубоко вошло в мускулистое предплечье огра. Вошло и застряло. На то, чтобы сообразить, почему оружие не желает продолжить своё движение, ушло драгоценное мгновение. Алёна, не способная быстро подстроится под изменившиеся обстоятельства, утратила своё главное преимущество – подвижность. Грошик воспользовался заминкой в полной мере. Он просто махнул рукой, где застрял топор. Так смахивают крошки со стола, вставая после сытного обеда. Вот только в роли крошки на этот раз выступала юная воительница, продолжавшая судорожно цепляться за своё оружие.
Алёну сбило с ног и отправило в продолжительный полёт, закончившийся столкновением с бортиком пересохшего фонтана. Удар о твёрдую поверхность был страшен. Камни треснули, в воздух поднялось облако пыли. Девушка, впечатавшаяся в преграду спиной, грузно упала наземь и осталась без движения.
Бандиты встретили успех своего «дуэлянта» одобрительными криками и свистом. Похоже, никто из них не сомневался, что бой уже завершён. Только их предводитель, седой старик, не улыбался. Он наклонил голову и хмуро насупив брови, смотрел на лежащую воительницу. И именно старик первым заметил, как шевельнулась её рука.
- Грошик, убей её! Растопчи!
Огр, грузно переваливаясь, развернулся к упавшей. Алёна уже поднималась, опёршись руками в землю. Во время полёта или при столкновении с преградой, но её причёска, уложенная с таким тщанием, растрепалась. Лента слетела и валялась в двух шагах. Теперь огненно-рыжие волосы ниспадали на лицо, не позволяя разглядеть его выражение. Да и будь у зрителей возможность, они бы не различили ничего, кроме абсолютно стеклянного, ничего не видящего взгляда. По сути, девушка находилась в «сумеречном состоянии», когда тело действовало само, потому как разум погас и пока не успел разгореться снова.
Земля тряслась под ногами гиганта. Он нёсся на девушку, как живой всё сметающий на пути таран. Но если последний призван разрушать неподвижные и не оказывающие активного сопротивления препятствия, то перед Грошиком находилась вовсе не беспомощная жертва. Два шага до цели, один – огромная лапа поднялась, готовая в лепёшку раздавить несчастную человечку.
Лапа опустилась на камень, дробя его в крошку. Но девушки уже не было под ним. Алёна, извернувшись совершенно невозможным для живого человека образом, стояла на ногах. Волосы всё так же закрывали ей лицо, но сама воительница не испытывала ни малейшего волнения по этому поводу. Более того, стоя с опущенной головой рядом с огром, без оружия в руках, Алёна выглядела невероятно спокойной!
Огр перевёл взгляд на неожиданно ускользнувшую жертву. Её странная неподвижность, близость явно смутили гиганта. Только впитанная с молоком потребность подчиняться приказам «отца» заставила его продолжить атаки. Гигантская пятерня опустилась на кроху, сжимаясь стальной хваткой. И схватила лишь пустоту! Алёна играючи увернулась от громилы, подпрыгнула, взвившись почти на три метра в воздух, совершила кувырок и мягко приземлилась за спиной гиганта. Она осталась сидеть, опираясь ладонями на камни и не спеша вставать.
Грошик, разумеется, озверел. Плюгавая малявка постоянно ускользает, не давая убить себя! Да это же просто нечестно! Так нельзя! Если «папа» сказал тебя убить, то ты просто должен позволить себе умереть. Только так и никак иначе!
Огр развернулся, тут же обнаруживая противницу совсем рядом. Ярость заволокла мир вокруг багровой дымкой. Он просто прыгнул на Алёну, расставляя руки в стороны. И снова воительница выскользнула из-под падающей туши с лёгкостью и изяществом заправской танцовщицы. Несколько пируэтов – и она уже стоить в трёх шагах от валяющегося громилы, отведя правую руку назад, а левой указывая на противника.
Грошик повернул искажённую яростью морду, его крохотные глазки нащупывали девушку. И когда его взгляд нашёл её, Алёна швырнула подобранный с земли каменный осколок. Её бросок был убийственно точен. Каменный шип с глухим стуком вонзился в левую глазницу, погрузившись в неё полностью. Алая кровь брызнула на камни.
Оглушительный рёв заставил всех и каждого отшатнуться. Даже кажущийся внешне невозмутимым старик поморщился, крепче сжав эфес меча. Впрочем, Алёна лишь улыбнулась, видя дело своих рук. Нагнувшись, она подобрала ещё один камешек. Бросок! Камень просвистел в воздухе, попав в морду, чуть выше цели. Из разбитой брови потекла кровь. Огр же, взревев, кинулся к обидчице, раскрыв объятия. И Алёна попалась! Её движение было быстрым, но громила вовсе не был неуклюжим увальнем. Он сумел перехватить девушку, ухватив её за ногу. Рывок – и воительница уже висит вниз головой прямо перед торжествующим громилой.
