Вот портрет римлянинас пустыми глазамигде когда-то жила жестокостькак он был спокоенуслышав приговор о казниза то что наканунеподсыпал в пищу проконсулу ядего не убили сразупотому что надо былопреподать урок многими они его получиливеличественно и достойносмотрелась голова его в блеске меча<p>Белый камень</p>Беспощаден жадный огонь печив которой колдует алхимикпробиваясь сквозь аллегориик чистым понятиямровно дышащий жарпоглощает шелуху абстракциив глубине его можно увидетькак сквозь красноту углей просвечиваетплод темной и пугающей наукибелый философский камень<p>В Древнем Риме</p>В Древнем Риме славно жилось поэтамони лепили из слов и слюны подпорыдля великих богатых и сильныхи за это ели хорошую пищуи спали в удобных постеляхслучались конечнопокушения войны пожарыно раскаты грома гремелиу других над головамивеликие умели быть благодарныв минуты отдыхаот изнуряющей политикиони вписывали имена стихотворцевмелким шрифтом рядом со своимив необъятную книгу истории<p>Загадка Харона</p>С берега могучей рекиХарон забрасывает сетичто окажется крепчетонкая сетьили воля водыпо которой плывемот этого зависятнаши судьбы<p>Опыт</p>Коридоры дворца знают большечем любой его обитательковарство поворотов ступенейтеней осторожных шаговобманчивость пятен светав проемах узких оконв которых видны все закатыпоистине нет пределов изменезамене плюса на минуспредпочтения зла добрунаши прадеды были великипонимали что скрыто под спудомизящно разыгрывали партииопаснейшей игрыв причинно-следственные связи<p>Новгород</p>Тот Новгород былсеверная мудростьот врага защищались вместевсе вопросы решали на площадинесогласных били и бросали в рекуи никто не знал никаких сомнений<p>Крепость</p>Когда поднимается солнцевидна горящая крепость Козельскакак заполненный красной гуашьюцветок на белом листе бумагиледяные подступы по кругукак все непостижимое ослепляютв счет идут не бесчисленные жертвыа только ядра порох запасы продуктоввеликие дела имеют особенное свойствоуменьшаютсяесли смотрим на них с перспективыприобретают непривычный пикантный привкускогда стремимся понять непонятноесидя в удобном кресле перед настольной лампой<p>Река</p>Большая река выплывает из моря кровиогибает всехзатем подплывает к краю небесв ней лениво качаютсябашни и крыши церквейточь-в-точь как татарские шапкиПимен вздрагивает от сравненияили от холодавсю осень стоящего в кельеоткладывает перогреет дыханием рукирека течет в бесконечность<p>Эльдорадо</p>
