Жаль, что не живу яв прекрасной Италиив теплой Боливииили воспетой Вестфалиине пью молокоот экологически чистых коровв этнически благополучном государствея живу в другом местев тусклой точке земного шараи все время уязвляю свою душуневыгодным сравнением с другимиу меня по углам гроздья скукипотолки низкив помещениях душнои чтобы совсем не задохнутьсяя отсюда часто улетаювечерами когда стемнеети внимание зевакпоглощают другие интересыя стартую вытянув шеюи беру курс на Вестфалию<p>«Много настроено стен и домов…»</p>Много настроено стен и домовно для отдыха ищешь колонныионически-дорического стилямогут быть в виде руингде пустота и брошенностьвыжимают пыльные слезынад руинами священностьчужой памятистоит прекрасным облакомона тебя укроет от жаракотла бурлящего в сердцезащитит от хрустаморозного наста в душесреди таких колонн живет божество покояс глубокими небесными глазамии дарит убедительные речио смерти справедливости и любви<p>«Там под горой…»</p>Там под горойраскинулось двуречьеутиный райсчастливый муравейникМесопотамиякуда спешатиз всех окрестных селиз всех известных рудздесь добываютрыхлую руду довольстваприродой созданперепад высоти бесталанность здесь успешно миритуют желанийи отвагу размышлений<p>«Перекатились по небу чугунные ядра…»</p>Перекатились по небу чугунные ядраиз туч вырвался белый огоньи разметало душ ваших опилкикто в стогу кто под ольховой веткойдрожит от страхаили в производственных цехахпрячется за лязг машинчто мне делатья в одиночку склеиваюто что разбилосья терпеливо ищу в темнотев невнятном шуме и гаменатужно записываю робкие словаа потом вы придетеи их повторите<p>Вильнюсский акцент</p>Красный костел словно крикв молчании улицон острием распарывает неборазрушая привычный порядокэто единственный случай когдасухопарая готика вносит смутув сдержанность камнярвущийся в воздух кирпичподжигает все чувстванасыщая уставшую верусветом слепого костраоднажды зажженного от неба<p>«Деловито как речной трамвайчик…»</p>Деловито как речной трамвайчикплывет ко мне сквозь житейские буримоя подругаза фарватером чернымдалеко от перекрестковпопивая чаексядем с ней в укромном местенанизывать разговорына грубую нить тротуаровот блестящей самоварной сажибудем чистить ребра событийпо давно испытанной методебудем кутаться в бархат пониманиякогда стемнеет разойдемсякак и преждев разные стороны за тугие горизонтыпосылая назад гудки приветствий<p>Бельмонт</p>
