Коровы устроительницы жизнибродят по мокрому лугуоставляя вмятые копытцаиз которых можно напитьсяпривычно не любят пришельцевщиплют травку трудолюбивоспускаясь с горы Араратпрямиком в зеленые посевына гребне исторического пеплакоровы связные временбодают рогами ненужные им древостоии видят в снах одну лишь Индиюгде смятенные автомобилирасступаются перед задумчивым стадом<p>На базаре</p>Хожу вдоль пестрых рядовгде чадно горятгоры фруктов ботинок колбаси прочих заморских товаровмолодые огнепоклонникихитро колдуютнад призрачными весамиувертливыми кошелькамираздувают пламя азартавытирают раскрасневшиеся лицау подножия очередного богарадостно приносят себя в жертву<p>Буквы</p>Красивая букваа к ней еще одна букваэто каллиграфиявершина упоениякак быстро она смягчает душучерствую как корка старого батонагордую в глупостибуква возвращаетв стадо послушныха значит счастливыхписать буквыто же самое что искать путьписать буквыто же самое что жить<p>Полицейская ода</p>О вездесущая полицияв зеленых курткахсреди листьевсовершенно невидимаотвечает резко в телефонспасайтесь самиполиция стоит на непростых дорогахв строгих неподкупных патруляхполиция ведет лицом к лицубой с вооруженным элементома также в толстых бухгалтерских книгаххранит учет выстрелов и жертвв числе иных заботполиция докладываетза облака на высотызадание выполненоилиготовы приступитьв радио трески голубые огни с громкой музыкойна мгновение вежливо тушатчтобы услышать важный ответ<p>«Вне и внутри застыла статика…»</p>Вне и внутри застыла статикасостояние тяжелоекак зимняя водав каждом желаниинамеке или жестебесстрастная бледность зеркалпозволяющая только отражатьсясложный объектизнывший от противоречийпишет углем на стенехоть бы пришел аниматор<p>Лук</p>Режу лукпотому что хочу поплакать вволючтобы неостановимые слезыпо сухому лицу в три ручьяо чудодейственныесеребряные кольцав тусклом миркеслепленном из слюныговорливых вождейтолько яростная гордостьспасает от гнусной привычкисоглашатьсяпрозрачна жидкость на щекахподруга кровипотому что так же настоящаживые кольца всё режу и режумоя новая душа благодарна<p>Ухо</p>Совершенное уходаже пение тетивы лукаслышит иначеи полет ядовитой стрелыпочти как полет шмеляисполняемый на тонком инструментеоно не хочет огорчатьсяи упорно шифруетзвуки выстрелови надсадные крикина угрожающих нотахв сладкопевныйязык гармонии<p>Богема</p>
