Есть только одна религия, поскольку существует лишь одна истина. Но может быть несколько путей, ведущих к единственной истине, высшему переживанию. На самом деле, путей на свете столько же, сколько и искателей истины. Каждый человек должен идти собственным путем, потому что универсальных путей нет. Человек должен отправиться в странствие из той точки, в которой уже находится. От других людей нельзя ожидать, что они пустятся в путь из этой же точки, ведь все мы пребываем в разных местах. У всех людей, свои, отличающиеся от других, начальные точки пути, но цель у всех одна и та же. Начальные точки разнятся потому, что у людей разный образ мыслей. А цель одинакова потому, что религия едина, другой религии нет. Различие между верованиями нельзя приписывать религии, поскольку всякое различие вызвано своеобразием людей. Из-за этого возникают религиозные общины. Возникают сообщества людей, которые называются религиозными общинами, но не потому, что истин много. Однако следует заметить, что различие еще не означает конфликт. Могут разниться пути к единой истине, но нет причины, по которой их следует считать мишенью. По сути, все пути ведут в одну точку, поэтому их нужно считать взаимодополняющими путями. Все мы извлечем громадную пользу из братских отношений разных религиозных общин, в которых люди будут в высшей степени разумными.
На небе звезды разнятся, но они испускают в нашу сторону одинаковый свет. Точно так же на земле очень много религиозных общин, но в их сути пребывает одна религия.
Нужно воспринимать жизнь как зеркало. Относитесь ко всем существам и вещам доброжелательно, но ни за что не цепляйтесь. Чиста жизнь того человека, ум которого не цепляется за влияния и впечатления. Если что-то пропало, значит так тому и быть. И не думайте тревожно о том, чему еще предстоит появиться. Таков путь
Будьте укорененными в одном месте, как деревья, будьте крепкими. Но живите как птицы в чистом настоящем мгновении. Дверь истины открывается тогда, когда вы живете естественно и невинно.
Мир, тело, ум - все это подобно красивой, но нереальной радуге. Познайте эту красоту, но осознавайте эфемерность мира. Тогда мир, тело и ум не поработят вас. К сожалению, мы не разделяем вечное и скоротечное, реальность и грезы. Мы грезим, но считаем свои фантазии реальностью.
Да, это возможно. Если вы будете в бодрствующем состоянии постоянно напоминать себе о том, что все воспринимаемое вами нереально, тогда постепенно и вы сне вы тоже начнете осознавать нереальность своих снов. Просто в бодрствующем состоянии мы не считаем мир фантазией, поэтому во сне мы воспринимаем свои сновидения как реальность. Воззрения нашего ума в часы бодрствования переходят и в фазу сновидения.
Не ищите гуру. Пусть все люди будут вашими духовными учителями. Если вы будете ходить по земле с широко открытыми глазами, с желанием учиться беспристрастно и непредубежденно, тогда вы поймете, что вас учит весь мир.
Наверно, вы уже слышали что-нибудь о святом Малюке. Он признавался, что чувствует смущение перед алкоголиком, маленьким ребенком и страстно влюбленной женщиной. Этих трех человек Малюк назвал своими гуру. Интересна предыстория такого его отношения. Однажды Малюк увидел пьяницу, который шаткой походкой брел по дороге.
«Друг, шагай тверже, а не то упадешь», - сказал ему Малюк.
Пьяница громко захохотал и ответил: «Брат, а почему ты шагаешь не твердо? Если я упаду и испачкаю одежду, то все равно потом отмою ее. Но если упадешь ты, тогда очистить тебя будет очень не легко!».
Малюк остолбенел, услышав такие мудрые слова от горького пьяницы.
В другой раз Малюк встретил ребенка, в руке которого горел светильник. «Где ты взял этот светильник?» - поинтересовался Малюк.
Как только Малюк произнес свои слова, так сразу же подул ветер, и светильник погас. «Сначала ты скажи мне, куда улетел мой огонь, тогда я скажу тебе, где я взял этот светильник», - ответил ребенок.
Так Малюк приобрел в лице ребенка второго гуру.
В третий раз Малюк шел по окраине селения. И вдруг к нему подбежала девушка. Она искала своего возлюбленного, который куда-то пропал. Ее одежда сбилась, но она не обращала никакого внимания на свое полуголое тело.