Диана не подкачала. В один прыжок она оказалась возле падающего и грамотным ударом меча отсекла ему здоровую руку. Вторая висела плетью, поврежденная моим выпадом. Больше он копья бросать не сможет! Я бы эту сволочь наверняка прибил, однако миролюбивая зайка пощадила метателя.
Бригада еще держалась, несмотря на потери. Гром поднимал боевой дух своих воителей и сам сражался на передовой. Пора и за предводителя браться. Потеря союзников и лидера может окончательно сломить дух остальных.
— Давай сюда, — взревел я словно раненый зверь и спрыгнул с окна. — Обломаем твои рога!
Гром, похоже, понимал, что им не выстоять, однако сдаваться и отступать не собирался. При этом Таран не показался мне изначально таким уж безбашенным парнем. Не исключено, что именно склонность модификантов к жестокости и разрушениям заставляла его исступленно сражаться, невзирая на ситуацию на поле боя.
Первая наша сшибка не принесла мне успеха. Гром отправил меня в продолжительный полет, отбив руки даже через каменную броню. Слишком уж Толстяка измотали в этом затяжном бою. Все мое тело было изрезано, истыкано, обожжено и обморожено, однако я из раза в раз бросался на врага, не щадя живота своего. Правда, действия мои не были такими уж безрассудными. Регенерация работала не мгновенно, однако у меня еще оставался Второй Шанс, поэтому я не сильно переживал по поводу собственной смерти, хотя и раньше я об этом редко задумывался. Главное — это помереть не в гуще врагов, иначе противник может прибить меня сразу после исцеления.
Таран не относился к редким Геномам, враг не имел особых читерных умений, как у Пробудившихся, или множественных усилений. Гром просто грамотно использовал свои сильные стороны, играючи круша оборону Сонных и меня, в частности. Я не обладал такими уж выдающимися атакующими навыками, поскольку не прокачивал их должным образом. Каждый раз, когда я пытался наслать Вихревую Волну, Таран вовремя активировал свою основную способность и тем самым нивелировал силу выпада. Нанести же нормальный удар кулаком тоже не выходило. Мы кружились на поле боя, сталкивались в яростных сшибках и разлетались в разные стороны, будто кегли. Порой мне удавалось отправить его в полет, иногда он бодал меня своим крепким рогом.
В очередной заход мы отскочили друг от друга и отлетели на несколько метров. Вот только мне повезло меньше на этот раз. Я наткнулся на вражеского модификанта, который вонзил в меня свои острые лезвия. Когти вошли глубоко в плоть, вызвав резкую боль и разочарование. Мне не удалось проследить за тылом в этот момент. Лезвие из Бригады пронзил меня костяными когтями, попав прямо в незажившую рану на спине. Иначе бы вряд ли ему удалось проткнуть мою Прочную шкуру с улучшенным паучьим доспехом.
Я успел из последних сил махнуть кулаком и как следует вдарить по врагу, однако затем темнота окутала сознание, уняв бушующую боль, и я повалился на землю.
Очнулся я снова окутанный быстро спадающим зеленым свечением. Лечебная сила Второго Шанса поставила меня на ноги. Я заметил какого-то незнакомого мне здоровяка Генома Бугай, который наравне с Сонными защищал мою беззащитную тушку.
— Ублюдок! Это тебе за наших! — донеслось до меня.
Оказалось, что во время моего падения Бригада сделала попытку развить успех и навалилась на бездыханного Толстяка всем скопом, однако Сонные меня в обиду не дали. Самоотверженно бросились вперед и прикрыли мою бедную тушку, при этом сами получили тяжелые ранения. Борису Лезвие, нашему старому знакомому из Михайловки, перерубили голову на две части. Такие повреждения целебный эликсир, к сожалению, не излечит, а Второго Шанса у модификанта не было.
В сердце заклубилась первобытная ярость. Приятное чувство, ведь обычно я не испытывал таких сильных эмоций. Борис хоть и не являлся моим близким другом, был достойным соратником и просто отличным мужиком.
— За Сонных! — проревел я и бросился в гущу событий.
Мой великодушный порыв поддержали и подчиненные. На помощь явился тот, кого я увидеть не ожидал. Таран запнулся о невидимку и потерял равновесие. Скрытником оказался Шнырек, который прокрался за нами. Да уж, попробуй удержать этого сорванца в пределах крепостных стен. Поймать Тень невозможно.
Степаныч рискнул и подобрался поближе. Разряду благодаря помощи Шнырька удалось подловить Тарана в свои пленительные молниевые сети. Следующей Грома атаковала Лолька, воспользовавшись заминкой. Липкая паутина опутала предводителя Бригады. Затем и я довершил начатое. Таран почти выбрался из ловушки, однако в последнюю секунду его настиг каменный кулак. Бил я сбоку специально, чтобы вся сила не развеялась о крепкий рог танка. Отбойный Кулак вкупе с Вихревой Кромкой врезался в висок модификанта и проломил череп врага. Рогач прокатился по земле, врезался в стену и, наконец, перестал подавать признаки жизни.
— Гром повержен! — прокричал я. — Сдавайтесь, если не желаете отправиться следом! Даю слово, что с вами будут обращаться по чести!
