На безымянном пальце правой руки Яропольской сверкала платина. Она любовалась кольцом вокруг пальца, рассматривая украшение под разным углом. «Любовь на веки» — гласила надпись, выгравированная по специальному заказу Ковалева.
— Тебе непременно надо поймать букет, — выдала подруга, лукаво поглядывая на Шумову.
— Думаешь? — засмеялась Полина.
— Однозначно. Я безумно счастлива! Хочу, чтобы и у тебя все сложилось… с господином Соболевым. Вы потрясающая пара!
— Ты торопишь время.
— Вовсе нет. Это же очевидно! Когда вы вместе, у вас по венам течет не кровь, а лава. И все вокруг плавится от вашего жара и взаимной страсти, искры летят во все стороны, не иначе. Вот вроде сидите, молчите, а кажется, что вы — один человек. Связаны между собой. — Слова Ирины очень волновали Полину. — Смотришь Александр Михайлович разговаривает с кем-то из гостей, улыбается, а сразу понятно, что улыбается только тебе, а не своему собеседнику. Да и разговаривает только с тобой, хотя рядом много людей, а ты вообще молчишь, просто рядом стоишь.
Ирина Яропольская всегда имела способности к эмпатии. Даже слишком. Ну и понимала жизнь в целом, потому понимала и частности. Тем и удивительнее были ее ощущения.
— Какие-то странности ты говоришь, моя дорогая подруга, — пролепетала Полина.
— Да только слепой не увидит сияние, соединяющее вас словно под общим куполом. Смотрит Соболев на тебя, в твои глаза не отрываясь, и нет его. Ни для кого больше нет, только для тебя. Ты как la femme fatale, роковая женщина, имеешь над ним власть, завораживаешь его, затягиваешь в омут. Без взаимности такая власть разрушительная и для него и для тебя. Вот так, подруга.
— Слишком ярко все… Все слишком. Надолго ли только?! Ириночка, дорогая… я люблю его. Сильно. До сумасшествия. Безвозвратно. Бесповоротно, навсегда! — решала признаться Полина.
— Влюбилась — это радует несказанно! А в чем печаль-то? Что тебя беспокоит, подружка? Взаимно же.
— Пойми, я люблю его безумно. Понятия не имела, что такое бывает, предположить не могла, а вот… попала! Это настоящее, сильное, переворачивающее все до дна чувство. Мне… страшно. Очень. Я не смогу без него жить больше, как раньше, в полнакала, без сердца, без любви, без него. НЕ СМОГУ!
Новоиспеченная госпожа Ковалева задумчиво взяла свою подругу за руку, несильно сжала.
— Полянка, ты мне как-то рассказывала о своих родителях, о том происшествии, когда твоя мама чуть не умерла. Дело в этом, да? — Ирина вздохнула, поймав неопределенное движение плечами подруги.
И улыбаясь печально и мудро, огорошила Полину:
— Это было неизбежно.
— Что именно? — не поняла Шумова.
— Неизбежно, что на тебя обязательно обрушатся сильные, глубокие чувства, всякие там страдания и радости.
— Почему?
— Ну, во-первых, господин Соболев мужик-орел, сильный, харизматичный, умный, интересный, лидер, умеет добиваться своего, сексуален и прочее-прочее. Он настоящий, живой и грешный! Не влюбиться в него без памяти невозможно! А, во-вторых, с твоей-то жизненной позицией… тебя обязательно накрыло бы рано или поздно.
— Что так?
— Ты так старательно всю сознательную жизнь избегала сильных эмоций, чувств, ситуаций, все контролировала, что проведению это надоело. И вот появился ОН. Единственный. Неповторимый. Мужчина, от которого у тебя срывает голову. Эмоции зашкаливают. Сильные и сумасшедшие чувства бушуют. Поверь, будет еще горячее и улетнее! Наслаждайся и живи с открытым глазами и сердцем! Чего ты боишься? Что растворишься в нем? Потеряешься? Страшишься, что бросит? Что разлюбит? С чего ты вообще взяла?! Сомнения и страхи — твои враги и предатели. Гони их! Почему ты сомневаешься в чем-то хорошем, но никогда — в плохом?! Возмущаюсь глупостью твоей и беспочвенными страхами!
— Да, я уже в нем растворилась! Открыла свое сердце. Постоянно думаю о нем, даже рядом с ним. Засыпаю с мыслями об Алексе, просыпаюсь с первой мыслью о нем, живу, работаю с постоянными думами все о нем. Я и во сне только о нем и думаю! Я живу им. Не представляю, что будет со мной если он уйдет из моей жизни. Боюсь еще больше в нем увязнуть.
— Мне кажется у тебя настоящая каша в голове. Манная. Ты изнутри раздираешь себя противоречивыми чувствовами и мыслями. Тебя мотает из стороны в сторону. Отбрось сомнения, страхи. Просто рискни! Доверься голосу своего сердца! Повторяю: с чего ты взяла, что он уйдет?! Вряд ли Александра Михайловича возможно от тебя оторвать, он весь в тебе. Это же очевидно. Вы созданы друг для друга!
— Но почему тогда еще двадцать лет назад мы не остались вместе? Наши жизни разошлись. Может это что-то да значит?!
— Конечно, значит. Возможно, было не время. Может, вы прежде должны были познать себя и обрести внутренний покой, пройти свой определенный жизненный путь, пройти через скитания и откровения. И встретились вновь лишь после того, как это случилось. Но теперь вы вместе, лЮбите друг друга. И станете куда лучше, чем когда-либо могли бы быть по отдельности. И все обретет смысл и целостность.
— Откуда в тебе столько мудрости, дорогая? Я в восхищении. Звучит как красивая легенда о половинках целого.