Полина хмыкнула невесело. Кажется, совсем недавно ей было интересно, где он сейчас. Теперь неинтересно, теперь почему-то грустно, совсем грустно! Теперь он незнакомый, тяжело богатый мужик, закрытый и недоступный, как элитный клуб!
И он ее не узнал! НЕ УЗНАЛ!
«Неужели я так изменилась? — спросила она у пустоты. — Или не его типаж, не модельная внешность? Или дамочки старше тридцати не объект его интересов? А как же его страсть и сумасшедшая юношеская любовь? Все забыл? И ее забыл?»
Ну, и ладненько! Значит и ей следует выкинуть его из головы. Не узнал и не узнал! Все равно они никогда не увидятся. Вряд ли где пересекутся. Полина постаралась придать лицу маску равнодушия и довольствия. Маску, за которой скрывался вулкан из бушующих чувств.
И Полина Дмитриевна окунулась в веселье вечера — тосты, танцы, фейерверк. Госпожа Шумова расточала улыбки и благостное настроение. Только близко знающие ее могли бы с уверенностью сказать: «Натянутое веселье! Притворство все! А на душе у нее тоска!». Только не было таких рядом.
Остаток празднества не остался в ее памяти, слился в один сплошной круговорот малознакомых лиц, взрывов смеха, музыки…
— Полина, может, продлим этот приятный вечер? Только вдвоем: ты и я, — Олег помог девушке выбраться из машины и шагнул ближе. Они стояли у ворот гостевого дома, освещенные уличным фонарем. Его четко очерченные губы дрогнули в обольстительной улыбке. А глаза продолжали смотреть напряженно, пытливо. — Там же так хорошо было вместе!
— Не вижу смысла. Олег, мы давно с тобой выяснили наши отношения и решили остаться друзьями, — Полину начала раздражать настойчивость Князева. Ей до одури хотелось остаться одной. — Я очень устала. Тебе пора…
Сделала шаг в сторону, намереваясь сбежать. Но Князев не дал. Он прижал ее к себе и склонил голову.
— Ты же хочешь этого, — в губы шепнул Олег, — И если я сейчас поцелую тебя, Полина, ты мне ответишь. Потому, что хочешь этого. И я тоже этого хочу. Я хочу этого так, что у меня перед глазами плывет, когда я тебя вижу. Я становлюсь безумным из-за тебя, Полина. Сумасшедшим, готовым на все, лишь бы тебя получить, — он коснулся губами ее щеки, в томительно-медленной ласке. — Я пытался тебя забыть. С другими женщинами. Но увидев, чувства вновь вспыхнули во мне с новой силой.
Его дыхание стало прерывистым. На ее талию легли сильные руки и притянули ближе, прижав к твердому напряженному телу. Его губы блуждали по ее лицу, губам, шее.
— Олег, прекрати, пожалуйста… — Полина пыталась оттолкнуть мужчину разгоряченного алкоголем и неуместной страстью, но силы были неравны. Он словно не замечал ее сопротивления, только крепче впивался пальцами в ее тело, и неистовее осыпал поцелуями ее лицо и шею. Полина строго, с хорошо различимыми нотками нервозности воскликнула, взывая к его здравомыслию: — Олег, отпусти, немедленно!
Рядом раздалось деликатное покашливание, которое все же не остановило Олега, не прекратило его попыток соблазнения Полины.
— Слушай, мужик, помощь нужна! Сам не справлюсь. Помоги, будь другом! — неожиданно прозвучал хриплый мужской голос.
Полина и Олег одновременно повернулись в сторону говорившего. М, да… косая сажень в плечах. Молодой мужчина, рослый и плечистый. Из распахнутой куртки виднелся представительный костюм, белая рубашка, галстук. На лице простодушие и смущение. Почему-то Полине подумалось — наигранное.
— Машина застряла. Там за углом. Дернуть бы, — продолжал объяснять между тем странный верзила. — Думал, проскочу. А оно вон как получилось. Завяз по самые… колеса. А на дворе ночь. Удача, что вас встретил. Поможешь?
Руки Олега заметно напряглись, сжимая ее талию сильнее, отпускать, не хотел. Но Полина, наконец, высвободилась из объятий и отступила в сторону. Князев запустил пятерню в свои волосы и недовольно сверкнул глазами, глядя на странного мужика.
— Конечно, поможет. Правда, же, Олег Сергеевич? — Полина перевела вопросительный взгляд на Князева. Он тяжело дышал, отчего его грудь вздымалась так часто, словно он только что пробежал марафон.
— Помогу, Полина Дмитриевна, помогу, — его взгляд, когда он вновь посмотрел на девушку, обжигал и интимным шепотом продолжил: — Я быстро, дождись меня… Мы не закончили.
— Нет, Олег, — твердо сказала Полина. — Мы закончили! И поставили жирную точку. Доброй ночи, Олег Сергеевич.
— Полина… Вот, черт! — Князев выругался сквозь зубы. Глубоко вздохнул и продолжил уже спокойным тоном: — Хорошо… После поговорим. Я позвоню. Доброй ночи! Отдыхайте, Полина Дмитриевна!
— Ну, что у тебя там стряслось? — обратился Олег к пострадавшему. — Садись в машину, водителю моему покажешь, где увяз…
Девушка, облегченно выдохнув, поспешно ввела код, открыла дверь, и скрылась во дворе. Войдя в дом, Полина разделась и направилась сразу в душ. Душ — это хорошо! Она врубила горячую воду, уперлась обеими руками в стену и так и стояла под лупящими обжигающими струями.
Воспоминания двадцатилетней давности накатывали на нее непрошеной волной. Его глаза, слова, нежные и осторожные объятья — кадр за кадром вставали перед глазами.
«Алекс! Мой милый Алекс!»