Посмотрела на мужчину. И утонула в потрясающем синем омуте. Его взгляд просто расплавлял ее. Необыкновенные глаза внимательно и ласково смотрели на Полину.
«Боже, как же он хорош!».
Она готова, не отрываясь, смотреть на него, как полная идиотка. Снова почувствовала власть этого взгляда и этого человека над собой. И свою слабость. Почувствовала себя неспокойно и беспомощно.
Попыталась отстраниться. Не позволил. Только сильнее к себе прижал. Рядом с ним она теряла способность дышать. Полина прикрыла глаза.
«Ладно, так будет проще. Он поможет. Он может. Он все может».
— Спасибо, Алекс. — Она уже на интуитивном уровне прижималась к груди мужчины, проваливаясь в какой-то сладкий тягучий туман.
Не сможет она сейчас хладнокровно организовать ремонт замка в двери, мебели. Надо мусор собрать, вызвать бригаду клиниров. Возможно, ремонт квартиры придется делать. Сама она с этим не справится. Даже, если очень постараться. Стараться она не хотела.
Кто же такое сотворил?! Зачем? Ничего целого не осталось. Все изувечено. Вот это как ее нужно ненавидеть, чтобы такое совершить! И куда ей идти теперь, где ночевать?
— Мне надо, наверное, Ирине позвонить. Да… у нее переночую. А дальше… попрошусь пожить пару дней. Или в гостиницу.
Ни первый, ни второй вариант ей не нравился. Может все же остаться в квартире? Подтащить что-нибудь целое к двери, а все остальные проблемы решать по ходу. Ее дом сейчас похож на место преступления в киношном детективе: разбросанные вещи, бумаги, битая посуда, изувеченная мебель, истеричная главная героиня… Из матраса сиротливо выглядывали внутренности. Чем матрас-то не угодил?
— Поля, мы едем ко мне. Переночуешь у меня, — не дал договорить Соболев, перебил, усаживая ее на заднее сиденье автомобиля.
— Но… неудобно же, Алекс, — возмутилась, было, госпожа Шумова.
— Поля, прошу, не возражай, — категоричным тоном поставил точку в споре Александр Михайлович. Усаживаясь рядом, он закрыл дверь автомобиля со своей стороны. — Ты же понимаешь, что я тебя никуда не отпущу. Мы едем ко мне.
В этом «никуда не отпущу» было что-то по-настоящему сильное. Он — это он. И рядом с ним она становилась… другой. Мягкой. Женственной. Уступчивой. Да, назовем это так.
В груди стало тепло, возникло ощущение свободной легкости.
— Ладно, — кивнула, поняв, что не была готова, сейчас вникать в проблемы с ночевкой, объяснять подруге ситуацию. Да и вообще. Алекс все решит. Он рядом.
— Поехали. — Отдал распоряжение господин Соболев водителю. Машина плавно тронулась с места.
В уютном кожаном салоне тело расслабилось. В голове шумело, глаза щипало, нос хлюпал. Она сейчас та еще красавица. А впрочем, было все равно.
Полина старательно делала вид, что смотрит в окно, вглядываясь в ночной город. А на самом деле боролась с диким желанием прижаться к Алексу, забраться к нему на колени, спрятаться.
От всех. От всего. От мира.
Только он. И она.
Тяжелый ком спустился в низ живота. Щеки опалило жаром, растекаясь по всему телу. Она искоса позволила себе любоваться мужчиной. Сильные руки, волевой подбородок, прямой нос. Почему ее так сильно к нему тянет? Привлекательная внешность? Может быть. В самые критические моменты он оказывается или его ребята рядом. Благодарность? Несомненно. Или она подсознательно нуждается в защите? А Алекс сильный. Мужественный. Волевой. Надежный.
Тишина умиротворяла и навевала покой.
Спустя какое-то время Поля задремала, оперев голову о прохладное стекло.
«Как же легко я засыпаю в его присутствии», — была последняя мысль, перед тем как ускользнуть в сон.
Перед автомобилем лениво разъехались кованые ворота жилого комплекса.
Пост охраны, детская площадка в свете фонарей. Все это смотрелось как-то мило, по-домашнему уютно. Автомобили въехали на подземный паркинг.
Александр Михайлович бросил взгляд на Полю. В дороге он не приставал к ней с разговорами. Она задремала и сейчас, когда машина остановилась — не проснулась. Выглядела уставшей, хрупкой и беззащитной.
Сердце мужчины каждый раз таяло, когда он видел эту девушку, наблюдал за ней. Его душа вновь переполнилась нежностью и любовью. Не в силах ее будить, Александр так и сидел в машине вместе с водителем около дома.
Соболев думал. Краем глаза поглядывал за спящей девушкой. Его вновь накрыла волна злости и гнева. Это ж надо! Устроить такое в ее квартире!
И слезы ее эти. Он до сих пор помнил как слезы ее соленые губами собирал, а у самого под ребрами больно было. Внутренности выворачивало! Выкручивало.
«Никогда! Никогда Поля, ты больше не будешь плакать! Или я не Александр Соболев!!! Никогда!!!» — поклялся он себе.
«Кто же тебя преследует, милая?»