Под подушкой заверещал мобильный, сообщая, что солнце встало из-за горизонта, пробудившись ото сна, и другим пора сделать то же самое. Оливия поморщилась, но глаза всё же открыла и бессмысленно стала рассматривать балдахин над своей постелью. С каждым мгновением ясность мысли и способность здраво рассуждать возвращались к ней. События прошедшей ночи восстанавливались. Ливия спрашивала себя о том, действительно ли её потерянный архангел вернулся, или это был лишь сон, сладкая мечта, преобразованная хитрым мозгом в сновидение. Хотя если ей приснилось что-то путное и светлое помимо мерзкой твари Ангелиуса, это можно считать несказанными удачей и счастьем.
Мысли о демоне заставили девушку вздрогнуть, а тело прошиб холодный пот. Воспоминания о том, как он истязал и преследовал её во сне, заполнили голову. Но им на смену пришли другие, о том, как в самый жуткий момент, когда, казалось, спасения нет, в кошмар ворвался Габриель и вытянул её. Значит, это действительно было. Блудный архангел действительно вернулся, чтобы спасти свою подопечную. Оливии захотелось смеяться и скакать на постели, сейчас же броситься на поиски парня и повиснуть у него на шее.
«Кажется, именно так я и поступила — повисла на нём и принудила остаться рядом со мной! Какой ужас! Что же он обо мне сейчас думает?» — подумала девушка.
Её щёки залил жаркий румянец стыда. Ливия в досаде шлёпнула ладонью по постели, мысленно прокручивая в голове своё дурацкое поведение. Оправдание тут могло быть только одно. Что в момент своего спасения она была практически полностью опустошена и жутко устала, чувствуя себя потерянной и никому ненужной, и в то же время испытывала облегчение, что ей спасли жизнь. А Габриель был таким нежным, да и вообще казался рыцарем на белом коне в сияющих доспехах, который столь отважно сражался и победил монстра. Уронить несколько слезинок — это еще куда ни шло, но разрыдаться, словно маленькая беспомощная девчонка…
Ливия вздохнула, надеясь, что досадный инцидент останется между ними и в стенах её комнаты. Сейчас, при свете дня, как следует отдохнув, даже кошмар, в который обратилась жизнь Ливии, не казался столь беспросветным. К тому же, к ней, кажется, вернулась колдовская Сила! Как Оливия и предполагала, хороший сон сделал своё дело и сотворил чудо, вернув ей радость и краски жизни, способность смотреть в своё неопределённое будущее с оптимизмом и долей юмора.
Девушка чувствовала себя настолько хорошо, что могла пробежать несколько миль и даже не запыхаться. Это казалось просто невероятным, особенно после того, как она целую неделю засыпала на ходу и еле-еле переставляла ноги и пила тоники, поддерживающие остатки сил в теле.
Не слезая с постели, Оливия решила устроить себе тест. Немного пошарив взглядом по своей комнате в поисках объекта, она, наконец, остановилась на маленькой вазочке, стоящей на туалетном столике. Сосредоточившись на ней, девушка чуть шевельнула пальчиком, и вазочка послушно взмыла в воздух, а затем зависла в нескольких дюймах над поверхностью стола. Ливия удовлетворённо улыбнулась и вернула её на своё место. Она чувствовала, что Сил у неё хватит на то, чтобы двигать не только фарфоровые вазочки, но и столы со шкафами.
«Определённо Силы ко мне вернулись! Я чувствую, как они струятся по моим венам, наполняя каждую клеточку жизнью! Это просто чудесно! Словно моих мучений и не было… кажется тут не только заслуга сна, но и без ангельских чар не обошлось» — размышляла девушка.
Оливия ещё немного понежилась в постели, а затем, решительно откинув одеяло, соскочила на пол, сладко потянувшись. Было неимоверно хорошо чувствовать во всём теле такую бодрость духа. Приводя себя в божественный вид, она тихо мурлыкала песенку, чего не делала очень давно. Настроение было замечательное, даже воспоминания ночных событий притупились. Теперь оставалось одно — встретится с Габриелем днём и надеяться, что он не сделает неверных выводов по поводу её поведения… или наоборот, чересчур верных. И то и другое чревато обострением в их запутанных, сложных отношениях.
Закинув за спину рюкзак, Ливия вышла из комнаты. Ведьмы-прародительницы спокойно взирали с портретов, девушка весело помахала им и поздоровалась с каждой. Ей показалось, что те благосклонно ответили, чуть склонив головы, украшенные затейливыми причёсками. На верхней ступени лестницы девушка замерла, ей захотелось позвать архангела, но потом Оливия отказалась от этой мысли. Не хотелось показывать ему, насколько она нуждается в нём и боится, что тот вновь исчезнет. Только именно это мгновенно пришло Ливии в голову, так как в доме не было не единого звука, в воздухе висела абсолютная тишина. Стало казаться, что она вновь осталась одна. Внутри шевельнулся неприятный ледяной холодок. Но было трудно поверить, что после того, как Габриель вырвал её из лап демона, а потом вымаливал прощения, сидя у неё в ногах на краешке постели, он посмеет вновь упорхнуть.
