Лирис был уверен, что не мог спасти эту никчёмную, пропитанную злобой жизнь, а прекратить мучения и добить страдальца, рука не поднялась. Противник угасал на глазах, и маг ушёл, предоставив его на волю госпожи смерти… Он отчитался королю, что враг повержен, и сделал всё, чтобы забыть жуткие картины той схватки. И ему удалось, как удалось убедить себя, что Сайрас умер естественной смертью, хотя Элиас и сомневался в этом. Выходит, молодой король был прав, а ему, умудрённому жизнью старику, было просто удобнее не замечать правды… Похоже Тамрия права, и маги всего лишь люди со своими слабостями и страхами, нет никого непобедимого и безупречного.
Лирис сидел, погружённый в свои мысли, не замечая, как за окошком светает, и хотя совесть действительно грызла мага, однако больше волновало его другое: как мог тот человек выжить? Ведь уже явственно чувствовалось приближение смерти, аура мужчины угасала… Какая магия спасла ему жизнь? В Ларате не знали ничего подобного. Кто же он и откуда пришёл в их страну?
Как только они оказались в овраге, Тамрия почти бегом кинулась туда, где остались конь и крайс, она обогнала короля, чувствуя, что сейчас просто не может с ним говорить, и даже видеть его не в силах! Злость, обида и разочарование кипели в душе, и девушка едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Она, значит, пытается вести себя разумно и рассудительно, убивает в себе чувства, наступает на горло желаниям, а он, отлично зная, что ничего у них не получится, просто потакает своей прихоти! Конечно, какое дело Его Величеству до жалкой ведьмы? Захотел – взял игрушку, надоела – выбросил. Как с Ризеллой!
Тамрия затормозила так, будто налетела на невидимую преграду! “Это он что же, решил, раз обязан жениться на бывшей любовнице, так можно меня новой постельной грелкой сделать? Думает, раз узнал о моих чувствах, так теперь будет верёвки вить? – девушка стиснула зубы и с ожесточением стёрла слёзы с лица, ненавидя себя за мягкотелость и глупость. – Тебя ждёт разочарование! Повелитель…” Последнее слово она процедила вслух сквозь зубы.
— Что? – раздался у неё за спиной глухой голос, Элиас уже понял, что Тамр обижена, и предпочёл дать ей остыть, прежде чем выяснять отношения, а поговорить было необходимо, хотя он с трудом представлял этот разговор. Как объяснить свой порыв? Чем оправдаться? Сказать всё, как есть? Открыть свои чувства? И что это даст? Как облегчит то, что должно случиться?
— Садись на коня, – Тами не стала называть короля по имени, – нам пора.
Крайс опустился ей на плечо, Элиас молча освободил от пут Резвого, и запрыгнул в седло, решив не спрашивать, куда им там пора. Сейчас только окончательно разругаться не доставало, он уже и так наворотил дел.
— Тамр, – всё же позвал он, когда девушка повела коня в поле, – ты устала, уверена, что осилишь портал? Может стоит…
— Я ведьма! И нас учили делать, что должно и нужно, а не потакать своим желаниям и слабостям!
Элиас замолчал, прекрасно поняв намёк, и, несмотря на то, что уже осознал глупость своего поступка, стало обидно, что она так отреагировала на поцелуй. А теперь ещё и носом ткнула, мол, вот она вся такая взрослая и серьёзная, а он изнеженный ребёнок, делающий, что пожелает, не думая о последствиях. Правитель сжал челюсти, чтобы не высказать это ей в лицо. Но он напрасно опасался ссоры, в следующий миг они вышли из портала, и возникла совсем другая проблема!
— Ты с ума сошла, Тамр? Что мы тут делаем? – прорычал король, натягивая поводья. Широкая грудь тяжело вздымалась, черты лица сделались резкими, а в глазах полыхала злость. – Зачем? – вернул он ведьме её же вопрос, и девушка вздрогнула, словно он её хлыстом ударил.
— Затем, что тебе нужно сделать Ризеллу своей женой, чтобы вернуть магию Сиара! Как бы тебе ни хотелось, но отвертеться не получится, у тебя есть долг! – Тамрия развернулась и с вызовом посмотрела ему в глаза.
Они испепеляли друг друга горящими взглядами и почти ненавидели друг друга, каждый считал, что другой предал его доверие, и от этого в душе разливалась горечь, выжигающая всё живое.
Тами отвернулась и обратила внимание на старинный, приземистый замок, возвышавшийся тёмной массой на холме над долиной. Ведьма чувствовала усталость, и личные переживания не добавляли сил, но она тряхнула головой, откинула посторонние мысли и потянулась силой к обитателям замка. Народу там оказалось не много, и магические путы были только на баронессе, которую она сразу нашла. В энергии девицы что-то изменилось, она стала тяжелее, но будто слегка просветлела, стала менее вязкой. Можно было выведать, какие чудеса так переменили вдовушку, но Тами было неприятно копаться в чужих секретах. Главное она уже узнала.