Прикусываю губу. Не знаю, к чему это все приведет, но определенно к чему-то.
«Коллективная галлюцинация захватила кампус Спрингфолл», – гласил заголовок местной газеты. Друзья не могут понять, что произошло. Они помнят, как почувствовали невыразимый ужас, который потряс их до глубины души и заставил бегать по кампусу до потери сил. Очнулись рано утром, замерзшие, дезориентированные, в разных частях кампуса. В лазарет пытались проникнуть, но никто ничего не смог объяснить.
Кроме меня.
Ведь они встретили моего жениха.
Жениха, который появился ранним вечером в моей комнате. Надо было вчера узнать у него конкретное время.
– Готова? – без предисловий спрашивает Деймос, одетый в то же пальто, что и накануне.
– Чем именно мы собираемся заниматься? Уже вечер. Устроим пижамную вечеринку?
– Я не ношу пижамы, – говорит он, пожимая плечами.
Я краснею. Возможно, это побочный эффект вчерашнего помутнения рассудка. Мне хотелось поглубже разобраться в этом вопросе, но не уверена, что это разумно. Особенно встретив острый взгляд золотой совы на плече Деймоса. Нужно прекратить допускать извращенные мысли!
– Я готова.
– Отлично.
Он делает шаг ко мне, хватает за талию и телепортирует. В мгновение ока оказываюсь в совершенно другой обстановке: гигантском дуплексе в старом цехе индустриальной эпохи, с огромными эркерами, покрывающими всю поверхность стен. Даже не чувствую, как Деймос отпускает меня, слишком очарована видом. Нью-Йорк простирается перед глазами, когда заходящее солнце освещает небоскребы. Подхожу ближе и прижимаюсь к окну.
– Невероятно…
Я никогда не была в Нью-Йорке. На самом деле даже никогда не выезжала за пределы Спрингфолла. Он является колыбелью для общины. Наши предки вели крайне оседлый образ жизни. Только Медея Первая отправилась в путешествие вместе с Ясоном в поисках Золотого Руна. Ради любви она оставила семью и последовала за героем. И поскольку Зевс хотел соблазнить ее, Ясон отказался от Медеи, воспользовавшись «изменой», чтобы взять в жены более молодую женщину, хотя Медея отказала повелителю богов. Медея бежала от мужа с двумя детьми и поселилась у тетки Цирцеи на острове. Люди запомнили измененную версию этой истории, несправедливо превратив Медею в убийцу собственных детей, тем самым аргументируя их исчезновение.
Не удивлена, что Зевс поселился здесь. Этот город – отражение его желания продемонстрировать силу. Меня больше беспокоит то, что жених так хорошо устроился подле Зевса.
– Здесь живет вся ваша семья? – спрашиваю, еще раз оглядев интерьер.
Вся мебель из металла. Никакого дерева. Никакого тепла. Даже длинная, покрытая черной кожей скамья посреди комнаты выглядит холодной. Ни спинки, ни подушек, ни тем более пледов – явно не то место, где можно свернуться калачиком и смотреть кино.
О, Геката. Вот где я буду жить. В этом огромном, пустом пространстве. Ни ваз, ни растений, ни украшений, ни фруктов, ни посуды, пахнет… стерильностью. Больше похоже на нежилое помещение.
– Нет, – наконец отвечает Деймос, спускаясь по стальной лестнице.
Он переоделся в черный джемпер и пиджак. Даже застывший посреди дуплекса, он вызывает удушающий прилив тревоги.
– Моя семья живет на Китире, в Греции.
Начинаю понимать проводниц, которые предположили, что Зевс выбрал Деймоса, чтобы унизить нас. Я бы предпочла выйти замуж за Эроса и жить на Китире, с богом любви у моря.
– Почему не живете там?
– К счастью, не все боги живут вместе, – отвечает он, подходя ближе. – Я не вынес бы ни родителей, ни братьев с их дурными привычками.
Я улыбаюсь. Я думаю то же самое о жизни с матерью и сестрами. Я люблю их, но не смогла бы жить под одной с ними крышей.
– Понимаю.
Позволяю взгляду потеряться в лесу небоскребов. Деймос явно не особо дорожит семьей – если у него вообще есть сердце, чтобы чем-то дорожить. Два слова, которыми он обменялся вчера с сестрой, это подтверждают. Поэтому с большим любопытством задаю новый вопрос:
– У вас есть любимчик в семье? – Вижу, как он бросает на меня косой взгляд. – У меня, если не считать маму и сестер, это тетя Зельда.
– Сумасшедшая, которая делает джин, чтобы убивать сатиров?
Смеюсь. Я не ожидала от себя такой реакции. Но Деймос так отлично сформулировал мнение о характере тети и производстве домашнего алкоголя, что не могу удержаться. Более того, это было сказано с ноткой юмора, который я надеялась однажды услышать от него.
– Да, тетя Зельда такая. И она не сумасшедшая, скорее… оригинальная.
Деймос отвечает привычным низким «ммм», которое каждый раз выворачивает позвоночник.
– Я бы сказал, что у меня их двое: Афина и Аид.
А почему не Зевс? Зачем тогда он живет и работает с ним? Афина вопросов не вызывает, но Аид? Серьезно?
– Почему вы не живете с Аидом?
– Потому что Аид живет с Персефоной.
Распахиваю глаза от непонимания. Что это за загадочная причина?
– Если я не живу с Аресом и Афродитой, то не для того, чтобы жить с Аидом и Персефоной, – добавляет Деймос, вероятно, заметив недоумение. – Кроме того, Аид и Персефона живут шесть месяцев в подземном мире и шесть месяцев во дворце на Сицилии.
