Относились к лорду странно. Его уважали, боялись, боготворили. Наверное, нет ничего удивительного, что в своём окружении я не нашла и следа ненависти к мужу. Все эльфы, что были рядом, – часть Дома вереска. Они преданы Альвэйру до последнего вздоха.
Иногда, впрочем, я улавливала непонятные мне эмоции. Тоску и… жалость? Немыслимо, но тёмная тень лорда, появляющаяся в мыслях слуг, отчего-то вызывала у них эти чувства. Увы, но спросить ни о чём я не могла. Моя сила сомкнула мне уста, а все, кроме Лиэрот, разговаривали со мной неохотно и только по делу.
Эта загадка мучила меня, хотелось узнать, почему остальные боятся за Альвэйра? Что с ним стряслось, или что должно произойти?
Поэтому праздник в роще я ждала почти с нетерпением. Я не надеялась, что мне удастся прочитать мужчину, но у святыни соберутся все лорды и леди из самых знатных эльфийских домов. Быть может, они помогут мне узнать правду.
***
С самого утра я чувствовала себя совершенно измотанной. Портнихи спешно подгоняли под меня новый праздничный наряд, а Лиэрот, чтобы не тратить времени даром щедро сыпала новыми фактами из жизни своего народа.
Например, зачем-то рассказывала об особенностях брачных обычаев эльфов. Они были красивы, спору нет. В них, в отличие от людского свадебного обряда, мне виделось куда больше искренности и любви. Вот только Альвэйр никогда не нанесёт мне на кожу, чуть пониже ярёмной впадинки, тайный, только для нас двоих знак. И я не отвечу ему тем же. Чтобы в лунные ночи нашей любви символы мягко сияли на коже, а в случае опасности для второй половины предупредили бы жжением.
- А что значит дерево, выросшее после нашей с лордом свадьбы? – я решила отвлечь Лиэрот от расписывания прекрасных картин, которые всё равно мне недоступны, и вернуть её к более приземлённым вещам.
- Это хороший знак, что дерево выросло, - голос девушки в противовес её словам звучал чуточку удручённо. – Дерево означает, что союз благословлён богиней. Но то, что…
Эльфийка замолчала, подбирая слова.
- То, что древо не совсем здорово, значит, что обернуться брак может чем угодно.
Я промолчала. И без того ясно.
Каждый уголок Арельского ущелья кричал о том, что пристанище эльфов – дитя двух народов.
От давно исчезнувших ящеров здесь остались диковинные каменные замки, нависающие над садами и рощами да некоторые наземные сооружения. Остальное эльфы выстроили сами. Они же принесли в неприветливые горы семена и саженцы таких растений, деревьев, каких отродясь здесь не было, заставили их буйно расти и множиться.
Камень и зелень. Незыблемые горы и буйство жизни. Здесь дышалось легко и почти свободно.
Ущелье разрезало горную гряду пополам, и каждый клочок узкой долины принадлежал одному из эльфийских Домов. Владения моего мужа занимали почти четверть всего ущелья со стороны Эдринского леса.
Если бы людям удалась прорваться, именно Альвэйр и его родичи первыми встретили бы неприятеля и защитили бы остальных ценой своих жизней. За это большинство эльфов безмерно благодарны Дому вереска и почтительно зовут его детей «дируа-твэ». Те, кто стоят впереди.
За землями Альвэйра идёт не слишком большой по территории и довольно малочисленный, но первый по значимости Дом равноденствия. Королевский дом, издревле сильный своими магами. Волшебники, конечно, есть и в других домах, но среди родичей короля их больше прочего.
Дальше, ближе к побережью, на котором раскинулись эльфийские города, расположены земли других Домов. Почти у всех из них есть владения и на плодородных равнинах за горной грядой, но иметь хотя бы небольшой домик в Арельском ущелье, поблизости от короля очень почётно.
Никаких видимых разделений между эльфийскими землями нет, но то тут, то там встречаются геральдические символы и другие, менее явные знаки, подсказывающие на чьей ты территории.
Есть и вовсе условно нейтральные места. Например, та же Орлиная роща.
На мой взгляд, роща – это сильно сказано, скорее просторный сад. Стоя на одной её стороне, ты прекрасно видишь другую. Никакого подлеска под сенью стройных деревьев нет. Только тропинки, вымощенные белым камнем, ведущие к центру, где возвышается огромное дерево.
Мы едва успели закончить приготовления к назначенному часу. Меня выкупали в ванне, наполненной ароматной водой. Служанки извели целый десяток эликсиров в тщетной попытке привести новую леди Дома вереска в пристойный, на их взгляд, вид. Было даже жаль видеть девушек столь удручёнными.
Кожа смягчилась, но не стала выглядеть здоровее, более гладкие теперь волосы послушными прядями скользили по плечам, но от этого их тусклый цвет и истончённость ещё сильнее бросались в глаза. Только светло-голубое платье, подобное тому, что было на мне в день свадьбы, смотрелось пристойно. Покров невесты женщине, что уже стала женой, пусть и лишь на словах, не положен. Оттого моё бледное, измождённое медленными ядами лицо обрамляли лишь пепельные завитки волос, украшенные цветами.
