— Черт, — Валя закусила губу, — моментально представляя какой резонанс будет, если Светка встретит ее в третьем часу ночи в компании преподавателя. Сплетни. Деканат. Неприятно, но не смертельно. А вот ЖанПална раздует форменный скандал и вынет душу из декана их факультета. Сцену с “гусем и волком”, а также предложение вызвать скорую и полицию — ЖанПална вряд ли забыла. Даже в состоянии алкогольного опьянения средней степени тяжести. И не упустит возможности отомстить.
Юрий очевидно пришел к каким-то похожим выводам и просто толкнул калитку дома номер тринадцать по Октябрьскому бульвару, по счастью незапертую, и ухнул в заросли можжевельника и ароматных груш, увлекая за собой Валю.
Когда бабушка с внучкой поравнялись с калиткой, присутствия Вали и Юрия ничто не выдавало. Они стояли замерев за густыми кустами можжевельника.
— Значит она еще и припадочная, — радостно протянула ЖанПална, — а чего ждать от правнучки этой старой ведьмы… Она и с того света мне всех поросей извела. И гуся украла!..
— Бабуль, ну хватит уже, — голос Светки звучал раздраженно. Она явно сожалела о том, что поделилась с бабушкой произошедшем на учебе. И вариации этого текста председательша озвучивала внучке уже не впервые.
— Я на них управу найду!..Ой! — голос резко зазвучал ниже, где-то на уровне Валиных коленей.
Послышалось шуршание травы и возня.
— Бабуль, ну явно перебор сегодня, поднимайся!
Снова возня.
— Светик, я что-то видела. На участке Еремеича. Ты глянь. Влезли чтоли?
Валя задержала дыхание и вжалась в теплое плечо Юрия. Ни звука.
— Сейчас, Светик, я как уп…упло… уплоченная…уполномоченная…Я щас проверю.
Плотная рука легла на ручку калитки. Валю прошиб холодный пот.
Юрий прикрыл глаза и тоненько свистнул.
С улицы послышались стремительно приближающиеся легкие звуки. Лап. К бабушке с внучкой неслась крупная собака. Вскоре Валя разобрала и частое дыхание пса. И рык. Но она и без того знала — это пес Юры. Валя узнала запах.
— Волк! — истерический взвизг ЖанПалны прозвучал почти трезво.
Валя улыбнулась.
Сдавленные ругательства. И топот двух пар человеческих ног. Потяжелее и полегче. Пес замер у калитки и продолжил тяжело дышать.
— Охраняй, — тихонько приказал Юрий.
Валя и Юрий вышли из укрытия и бесшумно двинулись к дому.
На подступи к одноэтажному, обшитому белым сайдингом коттеджу, Валю озарило. Как будто она получила пощечину.
— Юра, — твердо заговорила Валя, — твой пес очень хорошо тебя слушается.
Юрий лишь согласно хмыкнул в ответ.
— Он не случайно на нас бросился. Ты его тогда натравил… Чтобы мы пошли через кладбище.
Юрий напрягся было. Но когда она договорила, облегченно выдохнул.
“Снова мимо, моя маленькая. Но скоро ты уже попадешь в цель…”
— Да, — спокойно ответил он, — ты сразу мне понравилась. Но не захотела даже назвать имя. Так что я решил побыть твоим рыцарем. А чтобы спасти девушку из трудной ситуации, надо чтобы она сначала в нее попала. Прости.
— В моей жизни достаточно трудностей.
— Я не знал, — пожал плечами Юрий, — позволь мне избавить тебя от части из них. Например от этой…
Валя с Юрием обошли дом. Длинная лестница-стремянка была приставлена к самой черепичной крыше. Флюгер, изображавший золотую пчелу, съехал на самый край и казалось хотел отвалиться. Как будто его вывернула чья-то сильная рука.
Валя внимательно осмотрела подножье лестницы и ахнула. Из темной, в какой-то липкой массе, травы она подняла за черный разорванный жгут прямоугольник из желтого металла. С выпуклым символом в виде буквы перевернутой буквы “я”. Липкий след на траве куда-то вёл…
— Это один из Ольгиных… — начала Валя, пытаясь разглядеть в темноте, куда уходит липкая тропинка.
— А… — понимающе протянул Юрий, — очередной магический артефакт… Интересно, против какой нечисти этот экземпляр.
В голосе Юрия звучала насмешка, но он прищурился, оценивая Ольгину смекалку. Умная девочка. Жаль, что все ее игрушки — совершенно бесполезны. В густой связке на ее шее он заметил всего пару стоящих вещей. Красный необработанный корунд на серебряной цепочке. И деревянную руку, сложенную в “фигу”.
Но этот золотистый кусочек железки. Мусор. И вряд ли чем-то мог им помочь.
После инцидента с Валей, когда студенты покинули секционную, Юрий вернулся, чтобы засыпать заранее заготовленной грубой солью нутро покойника. Пришлось распороть наложенный санитарами шов-косичку. И зашить заново самому. Но было у Юрия неприятное чувство, что он опоздал.
Припадок Вали. Перемена, произошедшая в ней сразу после. Он очень хотел “продлить агонию” — просто побыть с наследницей Геллы еще. Ведь так скоро все должно закончиться.
Слишком скоро.
А в том, что Пасечник понаоставлял капканов непрошенным гостям — Юрий не сомневался. Хотя напрямую они никогда не конфликтовали, Юрий понимал, с кем имеет дело.
Старый медовый черт. Его время пришло уже года четыре как, а он все цеплялся за эту жизнь. И упокоить его окончательно в этой чертовой дыре мог только Юрий. Он думал, что все удержит под контролем. И Валю, ее дар, которой еще спал. И Пасечника, который должен был уже спать!..
Откровенно говоря, это был промах Юрия.
