— Иль не только на море, но и на острове! И зимой туда хода нет! А ещё кому нужны меха и серебро в рыбацком поселении? Кто их там покупать будет?
— Гм.
— Ага, гм. Дай минуту, соображу… Вот! Ты хочешь отправить меха, сундук со слитками серебра и двадцать бочонков воска в Фарес. Там много храмов, так что на свечи и предметы роскоши спрос есть всегда. Кстати, а кто, по-твоему, я, раз пришла с тобой?
— Разумеется, моя жена, — подцепил меня под руку Ален.
Нет, ну хохма хохмой, ко как-то он это слишком серьёзно…
Дом был обставлен в купеческой манере — основательно и богато. Пожилая служанка провела нас в гостиную с горящим камином и попросила подождать: «Хозяин сейчас изволит быть». Эк она витиевато… Сказала — и, опустив глаза, засеменила прочь.
Огляделась: бархатные портьеры, тяжёлая мебель красного дерева, тёмные портреты на стенах, тусклый блеск серебра в массивном буфете… не, совсем не моё. Я бы так жить не хотела. Давит.
Единственная занятная деталь — амулеты от нежити, расставленные по углам и даже приколоченные к двери. Интересно, это кто ж тут такой суеверный?
Пока ждали, прислушивалась. В какой-то момент показалось, что из глубины дома доносится детский плач. Подошла к двери — тихо. Наверное, почудилось.
Наконец раздались шаги, дверь распахнулась — и я чуть не ахнула. На груди вошедшей под руку с высоким мужчиной женщины красовалось то самое ожерелье — золотой усаженный прозрачными камнями полумесяц с тремя сверкающими подвесками. Новой хозяйке семейной реликвии Вийетов было лет двадцать пять-двадцать шесть. Статная, светловолосая, с внимательным, даже оценивающим взглядом. Её темноволосый — и действительно красивый — спутник казался немного старше.
Неужели же это и есть тот самый муж-красавец? Если так, всё выглядит крайне подозрительно. Жена пропала совсем недавно, а её драгоценности — и её супруга — уже забрала другая. Потому что в отношениях вошедшей пары сомневаться не приходилось: её пальчики поглаживали его руку, а он смотрел на спутницу взглядом собственника — снисходительно, но с лаской.
Мужчина поклонился:
— Я — Крийон Мелорд, веду все дела дома Вийет. А это — моя невеста, госпожа Ливерия.
Названная госпожа чинно присела, придерживая пальцами с парой богатых перстней подол бархатного платья. Гм, а что это у неё на запястье? Неужели ещё один амулет?
Тем временем Ален — таким я своего русоволосого друга ещё не видела — важно выставил вперёд правую ногу, расправил плечи и снисходительно кивнул:
— Я — лорд Ален из младшей ветви Дома Серкветт. По поручению отца обучаюсь торговле. Это — моя дражайшая супруга, леди Эльнейда. Я слышал о доме Вийет от отца много хорошего, правда, полагал, что буду вести дела с Эрандом Вийетом или же его дочерью, Версини Вийет. — Замолчал и вопросительно наклонил голову, как бы ожидая объяснений, почему домом Вийет заправляют совершенно посторонние люди.
— Увы, господин Эранд скончался почти четыре года назад… — У губ господина Мелорда прорезались жёсткие складки. Учинённый допрос ему явно не понравился.
— Жаль, отец был с ним хорошо знаком. А молодая госпожа? — невинно захлопал глазами Ален.
Я в разговор не вмешивалась, всё и так шло неплохо. Досадно только, что я абсолютно не умею читать ауры — сейчас этот навык пригодился бы. Увы, не тренировалась: в Академии банально было не на ком — аура не просматривалась даже у леди Острис, хотя не ведаю, как та её прятала, — а в «Трости и свече» как-то было не до аур.
Впрочем, я и без магии заметила, как при словах «молодая госпожа» по лицу госпожи Ливерии скользнула злорадная усмешка.
— Увы, моя жена некоторое время назад покинула нас… — опустил глаза господин Мелорд.
— Что вы? Как же это произошло? — всплеснул руками Ален, всем видом выражая интерес и сочувствие.
— Пошла за покупками — и пропала. Мы искали везде, где могли, но, увы… Оставила меня и маленького сына. Так что теперь я веду дела от его имени. Но, кажется, вы хотели поговорить об отправке груза?
— Да, конечно, — отозвался Ален. — Речь идёт о партии мехов, воска и серебра, которые нужно доставить в Фарес. Хотелось бы узнать о сроках, условиях и цене.
Господин Мелорд, разом забыв о неудобных вопросах, предвкушающе потёр руки. Ален обернулся ко мне — и подмигнул.
Вечером мы все собрались в башне. Присутствовал даже лорд Тиурра, которому я передала просьбу зайти через Хаоса, ежедневно ходившего к проректору столоваться.
Первым, по старшинству, взял речь лорд Тиурра.
— Я узнал, что нашу плакальщицу при жизни звали Вер…
— Версини Вийет! — дружно перебили его мы в три голоса.
Тем не менее сведения, которые собрали лорд Тиурра и Колин, отлично дополняли то, что выяснили мы с Аленом.
В целом, если обобщить все данные, история выглядела так. Несколько лет назад дом Вийет процветал — управляли делами глава семьи Эранд Вийет с женой, а помогал им сын — Ирден Вийет. Младшая дочь — Версини — тогда была ещё беззаботным подростком. И ничто не предвещало беды.
