– Они клятвой связаны. А я что? Мне ещё год до этой клятвы дожить надо. Младшим – кому два, а кому и три. Да и к тому, куда им податься? Нас вон Азрат с детства учит. Я уже много чего умею.
– Но ты говоришь только о братьях, – вступился Захари. – А на руках у тебя сестра.
– А так он всех своих дочерей убивает. Зачем ему нужны бабы? Он говорит, что они чувствами живут, а какой от того толк? Да и в драке не выживут. Но искру я спас. Вот теперь не знаю, куда податься.
Мне стало не по себе. Неужели, ради того, чтобы получить власть над миром магии, а затем – и над людьми (в чём сомневаться не приходилось), он готов убивать собственных детей? Сколько в этом ведьмаке должно быть жестокости, сколько ненависти, сколько тех звериных чувств, которые, казалось, никогда не проснутся во мне?
Или проснутся? В голове вновь вспыхнули воспоминания о чудовищном поединке с Его Величеством. Что, если внутри у меня живут точно такие же чувства? Может, во мне живёт точно такой же зверь, но Азрат даёт ему волю, а я – сдерживаю что есть сил? Может, однажды он явит свой оскал всему миру и… даже Захари?
В какой-то момент я почувствовала невероятное тепло. Там, где зарождался страх, теперь царило спокойствие, будто мысль о бастарде, которого какое-то время назад я не могла видеть, теперь может успокаивать тот поток ведьминских сил, что есть во мне? Я вновь думаю о том, что он может пострадать, но сейчас я боюсь лишь того, что от моих рук. Возможно ли такое?
Нет. Нет, нет. Я бы никогда не смогла его убить. Ещё один взгляд на Захари – и я нахожу подтверждение всем моим чувствам. Пора наконец признать: он мне дорог. И для того, чтобы принять это, не нужно искать причину, почему.
Я не смогу тронуть его.
Я бы никогда не тронула тех, кто мне дорог.
Тех, кто безоружен.
Я бы никогда не смогла убить ребёнка.
– Нам нужно идти, – меня прервал Эдуард. – Ян, ты отправишься с нами. Мы сделаем так, чтобы твоя сестра не пострадала.
– Куда мы сейчас? – неторопливо спросила я.
– Вы с твоим бастардом останетесь здесь: Гергана будет в ярости если узнает, что вы покинули свой пост. И то, что, возможно, найти этих детей – твоё здесь предназначение, её волновать не будет. Вы ждёте тех, кого должны ожидать. Я же отведу их в Карточный Чертог. Там верховная ведьма нашего города точно найдёт, что с ними делать.
– Хорошо, – сказала я, Захари же ограничился лишь кивком.
Теперь из пещеры мы выходили первыми. Эдуард же взял мальчишку за руку, будто ему доверил его сам Вече. Спустя считанные секунды, они исчезли, оставив за собой лишь едва заметную дымку. Нам же пришлось возвращаться к тому месту, на котором мы оказались задолго до встречи с Яном и Искрой.
– Я видела воспоминания одного из его сыновей, – я обращалась к своему стражу, но лишь смотрела на тихое, мистическое озеро. – Того, который убил принцессу. Азрат – не самый образцовый отец. Он заставлял их отрабатывать удары и не щадил. На нём была маска даже когда, казалось бы, они лишь оттачивали навыки. Что-то подсказывает мне, что лица единственного близкого человека, они не видели никогда.
– А чего ты ожидала от того, кто решил захватить всё королевство? – он тоже всматривался в бесконечные, манящие воды. – Если бы все сыновья знали его в лицо, то тот же Ян мог бы описать Азрата, и мы бы быстрее его нашли. Он осмотрителен. Иногда даже до одури.
– Думаю, если бы ты хотел захватить королевство, ты бы справился даже лучше, – я улыбнулась, стараясь отбросить страх. В конце концов, нам нужно хоть немного расслабиться. Встречать тех, кто пришёл побороть страх со страхом в собственных глазах – глупо.
– Нет, конечно, я бы мог сделать всё это в одиночку, в отличие от Азрата. Тем более если мне помогал бы бог. Но, думаю, я бы взял к себе на службу одну непосвящённую ведьму.
– Как нехорошо повторять хорошие ходы за собственным единокровным братом.
– Главное, чтобы хорошие ходы повторяли хорошие люди, – он тоже улыбнулся.
Не сговариваясь, мы посмотрели друг на друга. Рядом сияли лишь несколько оставленных мной огоньков. В его глазах будто отражался весь мир. Хотелось рассмотреть его как можно ближе, понять, как он смотрит на всё то, что его окружает, погрузиться в омуты того, что происходит в его душе. Но я не спешила и что есть сил сдерживала действие зелья. Я всё хочу узнать сама. Весьма внутри молит о том, чтобы я дала обострённым чувствам волю, приложила к глазам Захари ладонь, прочувствовав как можно больше моментов из его прошлого. Человек внутри лишь наблюдал, но я знала о том, чего он желает. Рядом с ним я не ведьма, рядом с ним я – человек. А у людей нет способностей – они всегда узнают всё сами. Что же, в этом бою победила обычная, человеческая часть меня. И почему-то совсем не хотелось думать о том, что однажды ведьминская сила захочет взять своё…