Новости, как всегда, не радовали, да и сыночек захныкал во сне, поэтому Данилов встал и снова отправился кружить по дорожкам. Как вдруг…
Потом он не мог в точности вспомнить и описать последовательность происходивших событий. Что было раньше? На него налетели, ударили, укололи? Схватили коляску? Да и мучительно было вспоминать!
Короче, так: его вдруг кто-то сильно ударил сзади. Данилов не удержался на ногах, выпустил коляску. Упал навзничь. К нему, опять же со спины, наклонился человек. И чем-то уколол прямо в шею. Укол не был болезненным, но сразу после него в глазах вдруг все закружилось. Руки, ноги и шея ослабели. Он попытался встать, но не смог. И только видел, как два человека отстегнули сына из прогулочной коляски. Один схватил его на руки. И они стремительно удалились по полупустой аллее.
Оба были на электрических самокатах, причем не прокатных, – почему-то это Данилов сразу заметил. И оба одеты были – невзирая на летний день – во что-то вроде плащей с капюшонами. Но длиной они простирались не как обычные «кенгурушки», то есть до пояса, а до самых колен. Лиц их он не видел. Да и пола нападавших определить не смог.
Заметил лишь, как они вдаль уносятся по аллее – и одна фигура держит в руках его сына.
А потом вялая пелена обволокла его всего, и он потерял сознание.
Данилов
– Мужчина, вам плохо? Вам плохо, мужчина?
Его монотонно теребила прохожая тетенька.
Он сумел выдавить из себя – губы и рот были сухими и плохо слушались:
– Сына украли… Звоните в полицию…
– Но это вы сам! – испугалась гражданка. – Нужны же приметы! Во что одет!
Данилова всегда отличало очень точное ощущение времени. Сейчас оно испарилось. Он глянул на часы и понял, что с момента похищения прошло не более десяти минут.
Он поднялся. Сильно кружилась голова, его шатало.
И он подумал – наверное, мысль была правильной, он впоследствии хвалил себя за это: ведь Варя –
И он набрал телефон жены.
– Варя, Сеню украли.
– Что-о?
– Сейчас, около десяти минут назад. В Делегатском парке. Двое на самокатах. Лиц их я не разглядел. Они меня укололи каким-то психотропным средством. Схватили Сенечку и умчались.
– Я звоню в полицию и Петренко. Оставайся на месте происшествия. Тебе нужна скорая?
– Надеюсь, нет.
– Все равно жди врачей. И полицию. – И она отключилась.
Данилов
Похоже, он опять потерял сознание, сидя на лавочке, потому что полиция появилась очень быстро. И одновременно с ними – Варя.
Данилов посмотрел на часы – прошло пятнадцать минут с момента, как он позвонил ей. Куда-то эти четверть часа улетучились из его сознания. Значит, минуло около получаса, как похитители в странных черных плащах утащили Сенечку.
Варя была сосредоточена, нахмурена, ни малейших следов паники. Видимо, именно таких для КОМКОНа вербовали. И так учили: собираться в случае ЧП и владеть собой.
Только переодеться она не успела: домашний халатик и кроксы на босу ногу. Нечесаная голова.
Полиция явилась на патрульном «Форде» в виде лейтенанта и старшего сержанта. Не успели они представиться, как Варвара перехватила командование – ткнула под нос лейтехи свое удостоверение:
– Майор тайной полиции Кононова.
Само название КОМКОНа, в котором она в действительности служила, составляло гостайну и не произносилось всуе никогда и нигде (фирма «Ритм-один» была прикрытием для дел гражданских). Большинство оперативных мероприятий Варя осуществляла под флагом могущественной ФТП – Федеральной тайной полиции, которую все в стране по привычке боялись и уважали.
Лейтенант подтянулся и козырнул, а Варя скомандовала:
– Немедленно вызывайте опергруппу. И кинолога. И идите, товарищ лейтенант, воспользуйтесь своим ноутбуком, у вас имеется в машине: на портале открытых данных определите все камеры по пути следования похитителей. И пусть ваш сержант пойдет, глазками своими посмотрит, где какие другие видеофиксаторы на пути отхода киднепперов имеются. Там, на выходе из парка, я видела, есть несколько. И запросите ЕЦХД[3] немедленно отсмотреть контент за последний час. И биллинг, биллинг срочно закажите по данному месту.
Обратилась к Данилову:
– В каком направлении скрылись преступники?
Тот показал рукой на вход со стороны Краснопролетарской улицы.
В этот момент юный лейтенант вдруг не по делу распетушился:
– А по какому праву вы тут распоряжаетесь? Это не подведомственная вам территория.
– А по такому я распоряжаюсь праву, что налицо особо тяжкое преступление, карающееся по статье сто двадцать шестой УК, часть вторая «а» и «дэ»: похищение несовершеннолетнего группой лиц по предварительному сговору. И по тому праву я распоряжаюсь, что похищенный несовершеннолетний, одного года от роду, является сыном сотрудника органов, то есть моим. Я ясно излагаю? Поэтому не надо, пожалуйста,
И только после этого Варвара обратилась к Данилову:
– Ты как?
– Бывало и лучше.
