– Спасибо. Представляешь, как он злится, когда это слышит?
Она огляделась с улыбкой и тут же погрустнела, вспомнив, что Мака нет.
К этому нужно было привыкнуть. Иногда мама просила Калисту что-нибудь передать Маку, а потом спохватывалась. В конце концов она перестала. Калиста думала, что так только хуже.
Она по-прежнему порой разговаривала с папой, поздно вечером у себя в комнате, надеясь, что он её слышит. Калиста представляла, что он рядом, слушает и кивает. Она бы всё отдала, чтобы провести с ним ещё минутку.
Однажды Калиста призналась в этом маме. Нора взглянула на неё со слезами и сказала, что всё понимает. В ту минуту Калиста убедилась, что мама действительно всё понимает. Она пыталась с благодарностью вспоминать то время, которое провела с отцом. Каждая минута была драгоценна.
Молли, сидя за столом, вдруг громко захихикала. Калиста покосилась на сестру, которая буквально расцвела после своего приключения. Она стала лучше учиться и быстрее собиралась по утрам. Молли даже перетащила свой кукольный домик в комнату для спиритических сеансов, в которой теперь проводила гораздо больше времени.
– Что такое? – спросила Калиста, шутливо тыча Молли в плечо, чтобы она снова рассмеялась.
– Папа, – сказала сестрёнка, глядя в пустоту. – Он корчит рожи.
Она опять расхохоталась, чуть не скатившись со стула.
Калиста ахнула и посмотрела на маму. Та удивлённо взглянула на неё. Калиста повернулась к тёте, которая замерла, не донеся ложку до рта. Фрея вздохнула и проговорила вполголоса:
– Значит, он ещё не готов уйти. Вот упрямый.
Она слегка улыбнулась, поднеся ложку к губам.
Калиста повернулась к Молли, ощутив прилив надежды.
– Папа… папа здесь? – спросила она, не в силах говорить спокойно.
Впрочем, она и не пыталась. Калиста больше не подавляла своих чувств.
– Ага! – со смехом ответила Молли.
Калиста всматривалась в пустоту так пристально, что у неё от напряжения заболели глаза. Но папу она не видела. Как же ей этого хотелось!
– Привет, папа, – тихо сказала она, сморгнула слёзы и улыбнулась.
Молли наклонила голову набок, прислушиваясь, а потом важно кивнула и обратилась к сестре.
– Он говорит: «Калли, ты молодец», – произнесла она, подражая низкому папиному голосу.
Калиста рассмеялась, вытерла слёзы и поблагодарила сестрёнку за то, что та передала папины слова. Молли вновь взялась за еду, радостно болтая ногами под столом. На кухне воцарилась тишина.
Мак никуда не делся. Теперь он помогал Молли овладеть даром. Он не хотел оставлять дочерей. Он был рядом, хотя Калиста его и не видела. Она радовалась, но на душе у неё лежала тяжесть. Она всё равно скучала по папе.
Нора взяла старшую дочь за руку и крепко её сжала. Калиста взглянула на маму и ощутила полное понимание. Мама долго несла то же самое бремя. Калиста думала, что мама ничего не понимает, а на самом деле только Нора и понимала.
– Я люблю тебя, мама, – сказала Калиста, стискивая мамину руку в ответ.
Нора широко улыбнулась и ответила:
– И я тебя люблю.
Всё ещё со слезами на глазах Калиста вновь принялась за еду. Она улыбнулась сидевшим вокруг родным и рассказала им про школьный проект по обществознанию. И про то, что Уайленд пригласил её на выходных в кино. А вредина Молли сообщила Норе и Фрее, что Уайленд влюбился в Калисту. Калиста отмахнулась, однако ей и без ясновидения было понятно, что так и есть.
Вечер шёл своим чередом. Необычная семья проводила время самым обычным образом. И Калиста порой взглядывала на пустой стул, надеясь увидеть папу хоть мельком. Она знала, что он никогда её не покинет.
