Все погрузились в мобиль Гелара и через мгновение на площади их уже не было. Высадив Нию и будущих родственников у домика Караджичей, Гелар направился в канцелярию. Дел действительно накопилось много и даже всемогущий Савва не справлялся.
Ния не расстроилась и не обиделась. Она понимала Гелара. Всё же её жених занимал очень серьёзный пост, а долг в таком деле часто бывает выше личного. Она открыла калитку и пригласила гостей. Хотя, какая из Илии гостья: она сама двадцать лет прожила в этом домике и покинула его совсем недавно.
Вечером, когда все необходимые дела были переделаны, Олгер отпущен на вечернюю тренировку на заднем дворе, Илия и Ния устроились в гостиной.
– Будешь признавать отца? – спросила Илия, намеренно не упоминая титула.
– Это от меня уже не зависит, Лия. Дед прав: всё уже случилось. Мы оба знаем о нашем родстве. Признаю я этот факт или не признаю – ничего не изменится. Другое дело, признает ли он меня. И, знаешь, мне это безразлично. Признает – никуда не денусь: буду исполнять роль дочери. Не признает – ещё лучше: никто не будет тыкать в глаза происхождением. Спокойнее жить будет. У меня ведь ещё семнадцать лет службы.
– Это так, – согласилась Илия. – Заменить тебя пока некем. Тиана пока не сможет полноценно работать. У неё и силёнок маловато и с зельями она не особо дружит. Вот с артефактами и оберегами у неё всё хорошо.
– А мне кажется достаточно у неё сил, – не согласилась Ния. – Просто не пробовала ещё работать в полную меру. Но ты права, я всё равно никуда не уеду, пока не отслужу.
Обе ведьмы замолчали, думая каждая о своём, но Ния вскоре прервала паузу.
– Илия, мне неудобно спрашивать тебя, но бабули то нет, то ей некогда. Скажи, это нормально, что я не чувствую свою беременность? Ни тебе хотений, ни тебе изменений, ни тебе перепада настроения.
– Нормально, – тихо рассмеялась Илия. – И ты сама это прекрасно знаешь. Иначе, какая ты ведьма?! Все по-разному беременность переносят, но у нас в роду обычно носят дитя легко. Ну, может, на недельку-другую появятся вкусовые предпочтения и всё.
– Ты-то откуда знаешь, – фыркнула Ния. – Сама не рожала ещё.
– А Бояну надо было внимательно слушать, когда она учила зелья для беременных делать, – назидательно ответила Илия и щёлкнула племянницу по носу. – Она всегда наш род в пример приводила.
Где-то внизу хлопнула дверь, послышались голоса Олгера и Сенны. Ведьмы переглянулись и поднялись с места. Короткий, но нужный Ние разговор был закончен. Завтра она начнёт работать: варить зелья, делать мази, смешивать сухие составы. За время её отсутствия запасы поистощились. А Илия сядет на приём, сама призналась, что соскучилась по старым клиентам. Так что до свадьбы в доме снова будут две ведьмы.
***
Браслав не мог успокоиться. Известие о том, что отец Антонии – король Радомир, буквально выбило из него дух. Ни раньше, ни теперь он не позволил бы этому мужчине подходить к своему ребёнку! Браслав прекрасно знал характер и образ жизни короля.
А теперь, когда их с Радомиром отношения испорчены обязательным браком с Лайзой, Браслав тем более не может простить ему совращение дочери! Мозг Браслава кипел, выдавая то одну картину мести, то другую. Он ждал Бояну, чтобы поделиться этим с ней.
Бояна в этот момент устраивала дочь в покоях рядом со своими. Она уже давно перестроила всё крыло, которое прежде занимал Браслав, в их семейные покои. Здесь теперь были комнаты для всех членов семьи, в том числе и для сыновей Браслава от княгини. Не то чтобы Бояна их враз полюбила, но парни ей нравились, и она осторожно старалась сблизиться с ними.
А в том крыле, где раньше были покои Лайзы, теперь были гостевые комнаты. Бояна старалась искоренить любое напоминание о прежней хозяйке дворца. Она никогда не сможет простить ей долгую разлуку с мужем. Однако, внешне Бояна своего недовольства не демонстрировала и уж тем более ничего не выговаривала мужу. И без того всем плохо. Жизнь их семьи никак не успокоится. Устроив дочь, Бояна заторопилась к мужу, зная, что он будет ждать её для разговора.
– Слав, дорогой, как ты? – первым делом спросила она о самочувствии мужа.
– Плохо! – честно признался тот. – Не понимаю, как помочь нашим девочкам! Как наказать этого подлеца?! Договор магический не разорвёшь – откат по нам же и ударит, послов из королевства не отзовёшь – это, считай, объявление войны. А оно надо?! Голова пухнет! И совет не соберёшь – не хочу, чтобы жизнь моей дочери обсуждали чужие люди.
– Успокойся, Слав. Думаю, и Радомир ни с кем советоваться не будет, пока не решит КАК признать Нию.
– Надеешься, что признает? – засомневался Браслав.
– Обязательно признает. Только не знаю под каким соусом подавать будет, – уверенно ответила Бояна. – Вот об этом с ним и надо как-то договориться: дочь признать, а Тиану оставить в покое. Не пара он ей. Чужой человек. Как только она его выбрала, такая тихоня?! Тианка у нас почему-то несмелой мышкой выросла. Не представляю, чтобы Илия или Нийка пятнадцать лет в заточении просидели. Да они бы там всё перевернули вверх дном!
