Еще вчера я была совершенно не защищена и чувствовала себя униженной, брошенной женщиной, которой, по сути, и податься-то некуда и которая вынуждена была довольствоваться подачками мужа, зарабатывавшего весьма сомнительным способом, а сейчас я чувствовала под ногами твердую почву. Пусть у меня нет мужчины, близкого человека, который мог бы защитить меня и моего ребенка, но я вдруг ощутила в полной мере, что при наличии денег множество проблем можно решить при помощи других людей, таких, к примеру, как Юрий Петрович или Галя.
Игорь схватил меня за рукав блузки, потянул к себе, у него при этом был совершенно потерянный взгляд, он искренне недоумевал, что же случилось в его жизни, как могло произойти такое, что жена отказывается повиноваться ему. Мало того что она сбежала, так еще и устроилась с ребенком в какой-то квартире.
– Я же люблю тебя, – вдруг сказал он и сам, видать, удивился, как это его язык выдал эту заезженную и потерявшую всякий смысл применительно к нашим отношениям фразу. Эту волшебную фразу, заставляющую биться сердца людей, на самом деле любящих и влюбленных.
– Люби. Кто тебе мешает…
Я сделала резкое движение, взлетела по ступенькам наверх и нажала на кнопку звонка. Судя по тому, что дверь открылась почти сразу, я поняла, что Галя все это время стояла за дверью и все слышала. Переживала за меня и была готова прийти на помощь.
Галя – новый человек в моей жизни…
Но Игорь поймал меня и стащил вниз.
– Я понял… Все сработало, да? – зашептал он мне на ухо, продолжая тянуть за собой вниз на первый этаж. Я посмотрела на Галю и успела махнуть ей рукой, мол, все нормально. Она скрылась за дверью.
– Что сработало? Я не понимаю…
– Это Эмма… Это она тебе оставила эту квартиру, да? – Рот его некрасиво растянулся в какой-то зловещей и страшной улыбке. У меня внутри все похолодело.
– Да, и что?
– Значит, я прав…
– Я не знаю, о чем ты, но я подала на развод, как ты понял, и не намерена отступать. Прошу тебя не преследовать меня с Мишей… Живи со своей Жекой…
– Ах, так ты не понимаешь? Не понимаешь? Наследство она получила! И благодаря кому?
– Послушай, я не понимаю…
– Я, значит, сделал всю грязную работу… там, в Панкратово… – зашипел он мне в ухо. – А ты… ты по завещанию получила квартиру, и теперь я тебе, выходит, не нужен?
У меня по коже словно змеи заскользили. Страшная картинка убийства двух женщин кровавой пеленой заслонила все вокруг.
– Игорь… Что ты сейчас сказал? – Я тоже перешла на шепот, словно нас могли услышать. – Ты что, убил Эмму? И ту женщину, Зосю?
– Ты же никогда не любила ее, она раздражала тебя… Да ты ее ненавидела!
– Скажи, что ты все это выдумал. Что это неправда. Ведь это неправда?
– Ты – одна из наследников. Вот я и подумал, что когда ее не станет, ты получишь свою долю… – Он часто заморгал глазами и продолжил: – Если ты не вернешься ко мне, я сам пойду в полицию и во всем признаюсь. Но скажу, что это решение мы приняли вместе. Больше того, что ты – инициатор этого убийства. Что ты сама все придумала, спланировала, что это ты сообщила мне точную дату и время, когда Эмма отправится в Панкратово.
– Но я же… я же ничего тебе не сообщала! Я и не знала об этой поездке… Зачем ты врешь?!
– Да, не сообщала, но что мешает мне сказать об этом?!
– Подожди… Мне надо все осмыслить… Значит, это ты убил Эмму?
– Да, да, это я убил Эмму, зарезал и ту, что была в доме!
– И как же ты их убил?
– Как, как? Ножом!
– Ты был уверен, что я унаследую часть ее денег? Недвижимости?
– Ну да!
– Ты знал что-нибудь про завещание?
– Слушай, хватит меня допрашивать.
– И ты готов пойти в полицию и во всем признаться?
– Если ты не вернешься ко мне, то да.
– Но зачем я тебе?
– Ты – моя жена, Мишка – мой сын. Вы – моя семья.
– А как же Жека и все другие женщины, с которыми ты встречался, встречаешься? Тебе нужна служанка, которая готовила бы тебе, стирала. Чтобы ты, натрахавшись с этими бабами, пришел домой, на все готовое и чистое? Я не вернусь к тебе. И кому принадлежит эта квартира – не твое дело. Почему ты решил, что это наследство Эммы? Разве ты не знаешь, что принять наследство можно лишь спустя шесть месяцев после смерти наследодателя? – В сущности, я говорила правду, просто в моем случае все было иначе и мне не пришлось дожидаться, пока та квартира будет моей. Катя отдала мне ключи, как только нашла время среди всей этой трагической круговерти. – Иди в полицию, признавайся, можешь придумать еще что-нибудь… Но я, повторяю, не вернусь к тебе.
Я развернулась и начала подниматься по ступеням.
Сердце мое колотилось. Я догадывалась, какие мысли одолевают Игоря. Если верить словам тети Саши и ипотечный кредит погашен (пусть и любовницей моего мужа, которая сделала это наверняка для того, чтобы облегчить ему уход из семьи и чтобы он в конечном итоге навсегда поселился у нее), то наша квартира теперь принадлежит нам двоим и при разводе будет делиться. Вот с этим он не мог смириться. Догадываясь, что я живу в квартире, которая досталась мне от Эммы, он не может смириться, что половина нашей с ним квартиры также принадлежит теперь мне.
