— Что такое? Похоже на… ступени, — удивленно шепнул Лютик. — О–о–о, лестница в подземный город. В легендарный Ис, который поглотили волны. Ты слышал легенду о городе бездны, об Исе под Водами? О–о–о, я напишу об этом балладу, такую, что соперников пот прошибет. Надо осмотреть вблизи… Глянь, там какая–то мозаика, что–то выцарапано. Какие–то надписи. Отодвинься–ка, Геральт.
— Лютик! Там глубина! Соскользнешь…
— А, брось… Я и так весь мокрый. Смотри, здесь неглубоко, едва по пояс, на первой–то ступени. И широко, как в бальном зале. О дьявол…
Геральт мгновенно прыгнул в воду и удержал барда, провалившегося по шею.
— Споткнулся об это дерьмо. — Лютик, хватая воздух, отряхнулся, обеими руками поднял большую плоскую раковину с темно–синим панцирем, обросшую кудряшками водорослей. — Этого добра полно на уступах. Красивый цвет, верно? Дай–ка я положу в твой мешок, мой уже полон.
— Вылезай оттуда, — проворчал разозлившийся ведьмак. — Немедленно поднимайся на полку. Это не игра.
— Тише! Слышал? Что это было?
Геральт, конечно, слышал. Звук долетел снизу, из–под воды. Глухой и глубокий, хоть одновременно хрупкий, тихий, краткий, обрывистый. Звук колокола.
— Колокол, чтоб меня, — шепнул Лютик, выкарабкиваясь на полку. — Я был прав, Геральт. Это колокол из затопленного Иса, колокол города призраков, приглушенный тяжестью глубин. Это проклятые напоминают нам…
— Ты заткнешься наконец?
Звук повторился. На этот раз значительно ближе.
— …напоминают нам, — продолжал Лютик, выжимая полу куртки, — о своей страшной судьбе. Этот звон — предупреждение…
Ведьмак перестал обращать внимание на голос Лютика и переключился на другие мысли. Он чувствовал. Чувствовал что–то.
— Это предупреждение. — Лютик слегка высунул язык, что привык делать, когда сосредоточивался. — Предупреждение… либо, хммм… Чтобы мы не забыли… хммм… хммм… Готово!
Вода рядом с ведьмаком забурлила. Лютик крикнул. Появившееся из пены лупоглазое чудище замахнулось на Геральта широким, зазубренным, похожим на косу лезвием. У Геральта меч был в руке с того самого момента, как только вода начала горбиться, так что теперь он лишь развернулся и ударил чудище в отвисший, покрытый чешуей зоб. Тут же развернулся в другую сторону, где возник второй бурун и появилось нечто в странном шлеме и в чем–то, напоминающем латы из позеленевшей меди. Ведьмак широким замахом меча отбил острие направленной в него короткой пики и, с размаху рубанув по змеерыбьей зубастой морде, тут же отскочил к краю полки, разбрызгивая воду.
— Беги, Лютик!
— Давай руку!
— Беги, черт побери!
Новое существо вынырнуло из воды, рассекая воздух кривой саблей, которую держало зеленой шершавой лапой. Ведьмак оттолкнулся от усеянного ракушками края скалы, встал в боевую позицию, но рыбоглазое существо не приближалось. Ростом оно было с Геральта, вода тоже доходила ему до пояса, но внушительно торчащий на спине гребень и раздувшиеся жабры делали его крупнее Геральта. Гримаса, искривившая широкую зубастую пасть, поразительно напоминала жуткую ухмылку.
Существо, не обращая внимания на два вздрагивающих, плавающих в красной воде тела, подняло саблю, которую держало обеими руками за длинную безэфесную рукоять. Еще сильнее напрягая гребень и жабры, оно ловко закрутило клинком в воздухе. Геральт слышал, как легкое острие шипит и жужжит.
Существо сделало шаг вперед, послав в сторону Геральта волну. Геральт тоже завертел мечом. И тоже сделал шаг, принимая вызов.
Рыбоглазый ловко перехватил рукоять пальцами и медленно опустил защищенные черепаховым панцирем и медью руки, погрузив их по самые локти в воду, скрыв под ней оружие. Ведьмак схватил меч обеими руками — правой у самого эфеса, левой за головку, поднял оружие вверх и немного вбок, повыше правого плеча. Он глядел в глаза чудовища, но это были опалесцирующие рыбьи глаза с капельками радужниц, поблескивающие холодом и металлом. Глаза, которые ничего не выражали и ничего не выдавали. Ничего, что могло бы предупредить о нападении. Из глубины, с низа ступеней, уходящих в черную бездну, долетели звуки колокола. Они были все ближе, все явственнее.
Рыбоглазый рванулся вперед, выхватывая клинок из–под воды, напал быстрым, как мысль, дальним боковым ударом. Геральту просто повезло — он интуитивно предположил, что удар будет нанесен справа. Он парировал острием, направленным вниз, сильно вывернув корпус, тут же повернул меч, скрестив его плашмя с саблей чудовища. Теперь все зависело от того, кто из них скорее развернет пальцы на рукояти, кто первым перейдет от плоского, статичного соприкосновения клинков к удару, силу которого уже готовили оба, перенося вес тела на нужную ногу. Геральт уже видел, что оба они одинаково быстры.
Но у рыбоглазого пальцы были длиннее.
