Перекрёсток нашёлся скоро, точнее не просто перекрёсток, а целый мост через реку, сбоку примыкающий к большаку. На мосту стоял детина. В шлеме напоминавшем перевёрнутую миску, буро-коричневой стеганке с пятнами и прислоненной к плечу гвизармой.
— Кто такие? Куда едите? — прогундосил он, не отрывая скучающего взгляда от облаков и бесцеремонно почесывая в паху.
— По делу в Вызиму. — солгал Вернер- А это что, нелегальная переправа?
Детина перестал чесаться и на этот раз воткнул палец в нос.
— А вам чего, милсдарь, до переправы? Мост он мост и есть, а я его сторожу.
— Переправиться можно?
— Грамоту. — задундосил детина не опуская глаз- Или пошлину, две сотни с человека.
— Это грабёж! — воскликнул Антоан.
— А может мне тебя просто подвинуть? — Вернер положил руку на корд
Детина наконец опускил глаза, вынул из носа палец.
— Вам жизнь не мила, аль чаво? Угрожать аэдирнской армии нельзя вообще-то.
Ведьмак заметил над головой стражника щит с желто-красной галкой на чёрном фоне, приколоченый слишком высоко чтобы его можно было заметить.
— Эй! Митька, Галеб, у нас тут нарушители нарисовались! — крикнул гнусавый.
Из узкой полосы леса тут же выскачили ещё двое. Один здоровый, как и детина, был обрит наголо и одет в такую же буро-грязную стеганку. Второй низенький, узкоплечий и явно довольный всё время одергивал поржавевшую кольчугу, бывшую ему не по размеру.
— Ну что ж вы так, господа путники? — загудел бритый не хуже волторны, похлопывая заткнутый за пояс клевец- Чините тут нелегальную миграцию, понимаешь ли, ещё и приграничным войскам угрожаете.
Вернер выражением лица мог соперничать с гранитными плитами, но бард прекрасно понимал что ведьмак в ярости и вот-вот впадет в буйство.
— На вид так не разбойники вроде, так что на первый раз может простим? — ухмыльнулся узкоплечий, поглаживая ручку небольшого арбалета- Штраф заплатят нам, сотен эдак пять, да пускай идут, а Бахрам?
— Ну… А не маловато ль будет? Вдруг нильфовские шпики, так пускай вложаться в аэдирнскую армию! — гнусавый тоже заулыбался.
— Не надо, Вернер. — взмолился Антоан но было уже поздно. Ведьмак прыжком слетел с коня, откинул попону и с шипением вытащил из под неё стальной меч.
— Вы чего, уроды, грабануть нас вздумали! — взревел он, приближаясь огромными шагами.
Митька выхватил клевец, Бахрам нацелил гвизарму, а Галеб взвизгнув судорожно стал нащупывать на рукояти арбалета спусковой рычаг. Щелкнула титева, бельт прожужжал в воздухе. Антоан вскрикнул когда ведьмак, не сбавляя ход, крутанул мечом мельницу и отбил снаряд.
— Отбил! Сука, отбил ведь!
Митька бросился первым. Ведьмак угостил его ударом плоскости меча в щеку. Бритый отшатнулся, тут же получил навершием под дых, клевец выпал у него из рук. Гвизарму Бахрама ведьмак разрубил жутким ударом прямо поперёк длинной рукояти. Саданул детину аперкотом в двойной подбородок. Галеб наконец перезарядил оружие, бесполезно, ведь Вернер отбил и второй бельт. Пинком выбил арбалет, оттолкнул стрелка, причудливо повернулся в стойке и двинул узкоплечиму пяткой прямо в висок.
Пограничники скорчились на песке, детина и узкоплечий потеряли сознание.
— Ты чего тваришь, паскуда?! — с другой стороны моста к ним бежала толпа.
Ведьмак сплюнул, бросил меч и поднял руки, бард последовал его примеру.
Их окружили семеро, всё в шлемах-мисках, стеганках, кольчугах, с гвизармами, рогатинами, топориками и прочей амуниции типичной для не самого важного армейского подразделения.
К ним вышел восьмой. Этот отличался как породистая королевская гончая отличается от старой деревенской дворняги. Статный и ухоженный, были на нём полулаты, под которыми звенела начищенная кольчуга, а на поясе висела бастарда, на навершие которой выбиты были скрещённые молоты, символ махакамского оружейного цеха. Самой заметной деталью на лице, не считая оставленных оспой шрамов, были длиннющий пышные усы, которые чёрными с проседью косами доходили аж до груди.
— Совсем озверели, разбойничьи морды?! Ты, паскуда у меня на суку висеть будешь, за нападение на кадровых военных! Да я тебя… Вернер? — усатый протёр глаза. Снова присмотрелся к ведьмаку- Ну точно ж Вернер, как бишь тебя, ан Сарх, точно!
— Аларик Дарси? Сотник, ты что-ли? — ведьмак тоже выпятил глаза.
— Да какой уж я сотник. — грусно улыбнулся усач Дарси- Разжаловали меня, я теперь у евойшества в немилости.
Бритый с трудом поднялся на колени, стряхнул с лица комки песка смешанного с вонючей жижей, от удара навершием его стошнило. Отëр струйку крови из носа.
— Господин десятник, разбойники! На нас напали!
— Не бреши, псина. — голос Вернера стал гораздо спокойнее- Твои молодцы, Аларик? Они у нас взятку вымогали.
— Не правда! — загудел Митька
— Ведьмак защищался! Я готов свидетельствовать в его защиту! — Антоан слез с коня и только теперь понял насколько же у него дрожат коленки.
— Тихо! Я тебе, ведьмак, верю, но давай ка всё по-порядку. А вы все, чего встали?! Ну ка живо поднимите их и тащите на пост! Да опустите вы оружие, идиоты!
Ведьмак пересказывал десятнику всё что произошло. Антоан семенил следом.