Кое-что начало прорисовываться в тот момент, когда мы обнаружили на более или менее расчищенной площадке следы нашего грузовика и одну из пробитых пулями бочек, окружённую растёкшимся по камням моторным маслом. Следы ЗИЛ-130 обрывались у ворот, ведущих внутрь наполовину разрушенного, некогда величественного строения. Я не удивился, обнаружив внутри развалин ещё один каменный круг силы с бронзовыми рунами.
Приказав Гадюке занять позицию, внутри декоративной арки, когда-то давно соединяющей две части дворцовых покоев, я выпустил теневого разведчика.
Появившийся призрак начал стремительно перемещать от одной тени до другой, с целью проникнуть вглубь высоких развалин, окружающих центр внутреннего города. Преодолев лабиринт развалин насквозь, теневик поднялся по уцелевшей лестнице и очутился на самом последнем ярусе. И именно там я, наконец, обнаружил то, что искал.
Скорее всего, раньше, на шестиугольной, каменной плите, размещались многоуровневые, подвесные сады, с фонтанами, декоративными мостами и ажурными башенками. Сейчас это всё превратилось в груды мраморных обломков, на которых были навалены огромные кладки икры.
В центре площадки возвышались четыре высоченных монолита, с рунами в виде глаз на навершии. А между ними я обнаружил объект, буквально вырванный из нашего мира. Я уже догадался, что первоначально наш грузовик переместило куда-то сюда, но не думал, что вместе с ним в осколок иной реальности, вывалилась часть железобетонных плит блокпоста, вместе с БТР-60 и двумя десятками афганцев, устроивших нам засаду.
Почти все они сейчас сидели в тени БТРа и смотрели, как знакомый мне персонаж, в сопровождении незнакомого иного, бродит вокруг одного из монолитов. Я сразу опознал полковника Карзая, пославшего группу разведки ВДВ в заведомо обречённый рейд по горам. Позже, мой теневик подслушал именно его разговор с министром, в котором они обсуждали возвращение в Кабул доктора Каца.
Бородатый иной, выглядел как обычный афганский солдат с автоматом. Яркость уровня свечения серебристой ауры, показывала, что он из чистокровных светлых. Насчёт истинных целей светлых прижывальцев я давно всё понял, так что особо не обольщался по их поводу.
Похоже на этот раз, Карзаю поручили нейтрализовать подозрительного шурави отправившегося в Кабул на грузовике, и он с помощью иного попытался это дело устроить. Но что-то пошло не так. Активированный светлым энергетический кокон утянул за собой засаду, и теперь афганцы здесь застряли. А нарезания кругов вокруг обелисков, с внимательным изучением фресок, выглядят как поиск выхода.
Оставив теневика наблюдать за попаданцами, я всё рассказал Гадюке.
— И что теперь будем делать? — тут же поинтересовалась она.
— Придётся их нейтрализовать — ответил я и демонстративно погладил автомат.
— Но их там слишком много, к тому же полковника и этого иного, лучше бы взять живыми. Их бы не помешало хорошенько допросить.
Гадюка, словно прочитав мои мысли, так что я кивнул, соглашаясь.
— Ничего, я думаю, мы справимся, если ты, конечно, мне поможешь в осуществлении одной интересной задумки.
Перед тем как огласить Гадюке план действий, я заставил теневика получше рассмотреть афганских попаданцев и всё подробно разведать. Огибая плиту, призрак обнаружил семь сложенных в кучу трупов. Судя по форме, это были афганские военные. Солдаты и один офицер.
Быстрый осмотр показал, четверо убиты в перестрелке. Остальных связали и выстрелили каждому в затылок. Появляющаяся после смерти, призрачная аура, ещё не успела отойти от тел мертвецов, выходит, военные погибли чуть больше часа назад. Как раз тогда, когда нас разбудили автоматные очереди.
Оставшиеся в живых двенадцать афганцев, разделились на две равные группы. Шестеро безоружных, сидели в пяти метрах от БТРа. Следившие за ними четверо боевиков, наоборот, были вооружены до зубов. Причём у каждого из них под разгрузкой обнаружился отводящий пули амулет.
Последняя находка однозначно указывала, что это боевой сквад, из подразделения афганского спецназа. Именно с ними совсем недавно десантники столкнулись в горах. Это ещё раз подтвердило сговор Карзая с устроившими засаду в горном селении. Сам полковник вёл себя с боевиками как старший офицер, требующий беспрекословного подчинения.
Не знаю, что здесь произошло, но, похоже, афганские солдаты, которых, скорее всего, использовали втёмную, пыталась устроить переворот. Бунт жестоко подавили, а тех, кто не принял непосредственного участия в стычке, на всякий случай разоружили.
Однако не люди с их разборками, привлекли моё внимание. Больше всего меня беспокоил присутствующий здесь иной. Светлый, держался обособленно от всех. И несмотря на солдатскую форму, общался с полковником на равных. Причём во время разговора он не только спорил, но и тыкал Карзаю.
