— Ты вообще кто такой? — меня попытались смерить презрительным взглядом, но для настоящего презрения нужно иметь хоть капельку настоящего благородства… Попытка вышла неудачной. — Будем мы ещё от всяких нищебродов глупости выслушивать…
— Просто пилот, — ответил я, понимая, что Звёздную Академию этот мужик не заканчивал, раз не признал отличительную форму первого номера рейтинга. — Который способен на раз-два раскатать эту подделку.
— Так может, продемонстрируешь? — ехидно спросил Романов.
Я скрыл довольную улыбку. Попалась, рыбка.
Говорят, у акул потрясающее чутьё на кровь. За километры чуют. Здесь расстояние было поменьше — и акулы бизнеса начали понемногу сплываться на запах адреналина и денег.
А где запах денег — там, конечно, Люциус Магнус, глава студсовета Академии.
— Кто-то сказал «дуэль»? — понятия не имею, откуда он выскочил, но уже шнырял между зеваками, пока Орлова пыталась, соблюдая приличия и не привлекая внимания, удостовериться, что её госпожа действительно не пострадала. — А ставки принимаются?
Предложение делать ставки зрители приняли благосклонно. Для бизнесменов такого уровня несколько десятков или даже сотен тысяч — не слишком большая сумма, но позволяла пощекотать нервы и добавить глоток свежего воздуха в жизнь, почти целиком состоявшую из цифири и бухгалтерской терминологии.
А тут ещё и фактор неопределённости возник. С одной стороны — Романовы, клан, который воюет несколько сотен лет, и пилоты у него более чем опытные. С другой — акулы-то, похоже, даже если не были в курсе цветов моей формы, то условие Старого Медведя, по которому лучший пилот Академии становился женихом его дочери, знали наверняка. А два плюс два сложить было уже не трудно.
Это добавляло красок в напряжённый, но однообразный день. Кто победит — старая аристократия, или никому не известный пилот, который может стать зятем самого Медведева?
Романов отвлёкся на Люциуса, и я с некоторым удивлением понял, что с ним тут неплохо знакомы — по крайней мере, мой противник его явно узнал.
— Эй, Магнус! Всё забываю, который ты по счёту среди тысячи… Что, скучно стало твоей даме среди этих воротил? Ставь, покажу красавице настоящий бой… Э?
Я понял, что он узнал Снежану, вокруг которой сновала Екатерина, причитая, что ту ни на минуту нельзя оставить без присмотра. Моей невесте это быстро надоело, и Орлова переключилась на меня.
— За что ты хочешь убить этого бедолагу? — без обиняков спросила она меня.
Я не без удовольствия пронаблюдал, как вытягивается лицо у пилота. Он явно рассчитывал на лёгкую победу над наглым выскочкой, который вздумал учить его, потомственного аристократа, и бросать тень на работу его клана. А в фаворе, оказывается, вовсе не он?
— Ну почему сразу убить? — я был само дружелюбие. — Так, немного пощипать пёрышки…
— Да я тебя самого ощипаю, как цыплёнка!
Я сделал приглашающий жест и первым нырнул в капсулу.
Старому Медведю нечего было делать на выставке, но с перемещений дочери он не сводил глаз. Каждый шаг Снежаны с нескольких ракурсов фиксировался мобильными камерами, изображение выводилось на голопроектор в личных апартаментах Медведева.
Дмитрий Анатольевич сидел в кресле, наблюдая за тем, как развиваются события. Рядом, чуть позади, расположился Алексей Орлов, глава его охраны.
— Твоя дочь должна оберегать мою, — проворчал Медведев. — А она по свиданкам бегает…
— Я серьёзно поговорю с ней, Дмитрий Анатольевич, — пообещал Орлов.
— Добро бы в Академии, там муха не пролетит, — продолжал Медведев. — Дело молодое, всё понимаю. Но за пределами охраняемой станции…
— Это не повторится, обещаю.
Старый Медведь кивнул. Орлов был мужик серьёзный, сказал, что не повторится, значит, не повторится. Нужды дальше бурчать не было. А вот подумать нужда была.
Первым порывом, когда стало известно, что яхта «Подснежник» задерживается, было выслать на поиски весь подручный флот. Сдержался, хотя сердце ныло.
С дочерью на её любимой яхте летел один из Магнусов, с ними связываться — дурных не было. Не будь между ними союза, он сам бы десять раз подумал, стоит ли закусываться с этим кланом, а на одиннадцатый решил бы, что лучше уладить всё тихо и мирно.
Потом, когда сообщили, что «Подснежник» запрашивает посадку, выдохнул. Хотелось встретить строптивую наследницу лично, но Медведев слишком хорошо помнил, с каким гневом, с какой ненавистью Снежана смотрела на него.
Что ж, долг главы клана обязывал заниматься делами клана, а не бегать за дочерью.
И только когда едва не произошло самое страшное, он не выдержал, плюнул на всё и бросился спасать самое дорогое, что у него осталось. Заранее готовясь к тому, что увидит в рубиновых глазах…
К его огромному удивлению, Снежана не только отреагировала на появление отца практически спокойно — она пыталась его защитить, когда мальчишка напал на охрану…
Мда. Мальчишка.
Такая резкая перемена в поведении дочери могла объясняться только одним. Каким-то образом этот парнишка смог вселить в неё уверенность, что действительно способен защитить её ото всех, включая родного отца. А Снежана никогда не была склонна к легковерию…
