– Сочувствую, – отозвался он, хотя в его голосе не было ни капли сочувствия. – Но тебе повезло, что ты попала к Ворону. Нам всем повезло.
В зеленых глазах плескались искорки веселья, но я никак не могла разделить его настроение.
– Ворон – хороший мальчик. Он прекрасный лидер и умен. Правда, увлекается всей этой… магией, – старик презрительно выплюнул это слово.
– Как такое возможно, что на цивилизованной планете людей покупают и продают? – спросила я, пользуясь неожиданной словоохотливостью своего пациента.
– А цивилизованность у нас отняли, – ядовито сказал он, отложил стилус и посмотрел на меня исподлобья. – Да, именно так, отняли!
Он начал заводиться.
– Кто?
– Коперник, – старик взревел так, что задребезжали окна.
– Где? – я заозиралась, ожидая увидеть капитана.
Он все-таки пришел. Сердце радостно забилось. А я в нем сомневалась. У него, определенно, есть недостатки, но он же вернулся за мной на пиратском корабле.
– Это он во всем виноват! – заявил Гринк.
– В чем виноват? – не поняла я. – Что он успел сделать? И где он?
– Он-то улетел, а вот мы остались здесь.
Я забыла, как дышать.
– Как улетел?! – мой голос дрожал.
– Сначала он взорвал все, что хоть как-то относилось к космической индустрии. Даже заводы протопластика превратились в дым. И фьють!
Нет, это, конечно, вполне похоже на Коперника, но как он успел нанести такие разрушения всего за пять дней?
Что-то старик бредит.
– А потом проклятые предатели вывезли всех ученых, инженеров, кто хотел сотрудничать с «прогрессивными» мирами, – выплюнул он с презрением. – Межмирный альянс принял беженцев с Цитры с распростертыми объятиями. Сейчас они, скорее всего, живут в комфортных условиях, пользуются медициной. Наверняка потешаются над теми, кто решил остаться. Ждут, когда мы окончательно вернемся в варварство, и потом… просто спокойно начнут использовать планету.
– Эм-м… я не понимаю, откуда у него корабль? Каких ученых?
Я не могла унять дрожь в руках.
– Ладно, – сказал старик. – У меня нет времени вводить тебя в новейшую историю Цитры, но я все равно расскажу. Раз уж тебе здесь жить, нужно знать элементарные вещи. А то пока Ворон начнет лучше говорить на общем… Да и не до разговоров ему сейчас. Хотя я этого и не одобряю.
Гринк нахмурился и посмотрел на меня так многозначительно, что щеки мои вспыхнули.
– Так что там с капитаном Коперником?
– Нет, он не капитан, бери выше – адмирал.
– О, – только и могла сказать я.
– На Цитре всегда были ведьмы. У нас колдовство в земле, пропитывает сам воздух, которым мы дышим, – начал Гринк несколько пафосно. – Мы долгое время учились жить с этим. Прошли все стадии принятия, начиная от отрицания, гнева, через жестокие репрессии и попытки искоренения ведьм к толерантному сосуществованию.
Типичная история. Надо же, «толерантное существование». Во многих культурах так и не удалось сделать такого перехода. Мне остро захотелось оказаться дома на Террине.
– Это что касается древнейшей истории. Так вот, в цивилизованном состоянии ведьмы активно занялись политикой, они проникли во все сферы деятельности. Казалось, что они приносят пользу.
– Но… – подсказала я.
– Вот именно! И довольно значительное «но». Они принялись настаивать на возрождении традиций и уважении к колдовству. И знаешь, очень многие их поддержали. Люди обратились к древним богам, стали появляться культы.
– А при чем тут Коперник? Уважать свою историю – это, в общем-то, правильно.
Старик встряхнул редкими волосенками, они снова встали дыбом, передавая степень его возмущения.
– Правильно, – пророкотал он. – История – это прекрасно, когда она таковой остается. И я ничего не имею против ночных плясок и лент в волосах. Но когда стараются возродить кровавые жертвы… и это когда люди свободно путешествуют по космосу, летают на другие планеты!
– Но я все равно не понимаю…
– Не перебивай, – на меня гневно сверкнули зеленые глаза.
– Молчу, – скромно сказала я.
Пока у меня не складывалась картина.
– А потом появилась идея, что некоторые люди, а именно ведьмы, – Гринк особенно подчеркнул это слово, – гораздо лучше других людей. А все остальные – это так, приложение, рабы. О, они все замечательно подготовили!
– Ну, допустим, – сказала я. – На секунду предположим, что была здесь группка ведьм, которая хотела заниматься… эм-м… как назвать-то, ну вот таким колдовством. Но это же еще не весь мир.
– Не весь, – легко согласился Гринк. – Это сейчас понятно, что им удалось одурачить целую планету.
Он обратил внимание на мое скептическое выражение лица.
– Они планомерно разрушали дипломатические отношения, – старик принялся загибать пальцы. – Совершили несколько терактов. При этом искусно управляли общественным мнением. Мы все не заметили, как погрязли во всем этом колдовском дерьме по самую макушку.
Боясь показаться навязчивой, я не стала снова уточнять, какую же роль здесь сыграл Коперник. Пока, как бы тяжело ни было это признавать, виноватыми выходили ведьмы. А после встречи с Армоной я не прониклась к ним симпатией.
